Корпоративный конфликт в ещё недавно крупнейшем онлайн-ритейлере страны — «Юлмарте» — продолжается третий год. Со временем ситуация обросла новыми деталями и подробностями, но так и не получила существенного перевеса ни в чью пользу: стороны судятся, обвиняют друг друга, пока компания буксует и теряет позиции на рынке. Мы разобрались, что сейчас происходит в этой затянувшейся истории — и чего ждать дальше.

Сеть по продаже электроники (и позже — других товаров) «Юлмарт» основали в 2008 году создатели петербургской компании Ultra Electronics. Однако почти сразу у Ultra начались проблемы, и актив выкупили их поставщики — владелец компании «Комбриг» Алексей Никитин и её гендиректор Сергей Федоринов. Первый магазин в новом для рынка формате «кибермаркета» открылся в Санкт-Петербурге летом 2008 года. Спустя два года в поисках инвестиций предприниматели предложили войти в проект знакомому бизнесмену Михаилу Васинкевичу, который занимался продажей и сервисным обслуживанием грузовиков. Тот, в свою очередь, привлёк миноритариев «Ленты» — Дмитрия Костыгина и Августа Мейера (на двоих они получили 45% акций компании и опцион ещё на 15%).

С 2011 года началось интенсивное развитие «Юлмарта». Компания вышла в регионы и за несколько лет расширила сеть до 400 пунктов выдачи заказов. В 2013 году оборот впервые превысил $1 млрд, компания стала крупнейшим онлайн-ритейлером страны по версии Forbes. В 2015 году «Юлмарт» стал третьей по величине интернет-компанией России после «Яндекса» и Mail.ru Group — однако вскоре у ритейлера начались проблемы.

«Юлмарт» ещё жив?

Вполне — хоть и чувствует себя хуже, чем пару лет назад. Выручка компании в 2017 году упала на 41% до 29 млрд руб. (в самом успешном — 2015 году — выручка составила 62,7 млрд руб.). Перед Новым годом начались масштабные сокращения: всего в «Юлмарте» тогда планировали уволить больше четверти персонала, при этом часть сотрудников хотели перевести на новое юрлицо. Сокращения продолжаются с 2016 года, уменьшается и розничная сеть — по официальной формулировке, закрываются нерентабельные и устаревшие центры исполнения заказов, вместо них открываются новые точки меньшей площади. Часть площадей ритейлер продаёт.

Что случилось с компанией?

Развитие «Юлмарта» подкосил корпоративный конфликт между основными акционерами — Дмитрием Костыгиным и Михаилом Васинкевичем. С 2016 года они по сути находятся в состоянии войны, что напрямую сказывается на операционной деятельности компании. Так, с осени 2016 года «Юлмарт» работает без гендиректора — назначить его мешает всё тот же конфликт. Фактически обязанности гендиректора исполняет Костыгин, официально — управляющий комитет из топ-менеджеров.

Давайте по порядку. В чём суть конфликта?

По официальной версии, основные акционеры — Дмитрий Костыгин и Август Мейер с одной стороны и Михаил Васинкевич с другой — разошлись во взглядах на развитие компании. В 2015 году в онлайн-ритейле начались проблемы, «Юлмарт» недобрал 20-25% продаж до годового плана и вдвое нарастил долг перед поставщиками (до 6 млрд руб.). В этой ситуации выходцы из «Ленты» Мейер с Костыгиным выступили за продолжение активного роста и агрессивной экспансии, а Васинкевич с одним из основателей компании Алексеем Никитиным предложили (по словам Костыгина — довольно резко) сменить стратегию.

В ответ Костыгин предложил Васинкевичу довнести $30 млн в капитал компании, чтобы расплатиться с поставщиками и банками, однако партнёр отказался — и потребовал выкупа своей доли.

Но стороны не сошлись в оценке компании (и, соответственно, в цене пакета): по данным Forbes, Васинкевич оценил «Юлмарт» в $350-400 млн и потребовал за 35% акций $100 млн. Костыгин же, по сообщениям некоторых СМИ, был готов заплатить только 100 млн в рублях; весь «Юлмарт» он оценил в $50 млн.

В августе 2016 года из «Юлмарта» (вероятно, устраняясь от участия в конфликте) ушёл последний основатель — гендиректор Сергей Федоринов (Никитин вышел из состава акционеров в 2015 году, когда продал 20% своих акций напрямую Михаилу Васинкевичу: в результате у того стало 38,5% акций, у Костыгина — 31,6%, у Мейера — 29,9%). Спустя месяц в компании началась активная фаза противостояния: Васинкевич подал иск в Международный арбитраж Лондона с требованием выкупа акций по фиксированной цене и обратился за помощью к инвестподразделению «Альфа-Групп» — А1, которое имеет репутацию «юридического спецназа» «Альфы». Предприниматель ввёл представителей А1 в совет директоров «Юлмарта» — и они тут же заблокировали выборы нового гендиректора. Вторая попытка выборов тоже провалилась, уже из-за отзыва представителей Костыгиным и Мейером. Гендиректора в «Юлмарте» до сих пор не выбрали.

Хорошо, но при чём тут Сбербанк и кредиты?

Это параллельная история — которая, однако, имеет прямое отношение к конфликту Костыгина и Васинкевича. В марте 2016 года Дмитрий Костыгин получил от Сбербанка кредит для «Юлмарта» на 1 млрд руб. (и ещё 1,4 млрд руб. компания задолжала банку по контрактам факторинга). В тот период компания активно кредитовалась: деньги занимали в ВТБ, Газпромбанке, «Уралсибе», банке «Санкт-Петербург» и других банках.

По словам представителей Сбербанка, уже в апреле «Юлмарт» перестал обслуживать кредит (в компании это отрицают). В декабре того же года банк через суд потребовал полного возврата денег с формулировкой «у компании не видно намерения рассчитываться по долгам». Формальной причиной стало нарушение одного из пунктов кредитного договора — о неисполненных или ненадлежаще исполненных обязательствах перед иными кредиторами, фактически же банк спешил забрать свои деньги из близкой к банкротству компании.

Совладельцы «Юлмарта» Дмитрий Костыгин (слева) и Михаил Васинкевич / dp.ru

Угроза банкротства со стороны могла показаться созданной искусственно. Ещё в конце 2015 года Костыгин из собственных средств занял «Юлмарту» 248 млн руб. — а затем почти сразу передал права на истребование долга своему бывшему бизнес-партнёру Олегу Морозову. За неделю до получения Костыгиным кредита в Сбербанке Морозов обратился в суд за истребованием денег; иск удовлетворили. Осенью, в разгар активной фазы конфликта, Морозов подал в суд иск о банкротстве «Юлмарта».

Все эти действия в Сбербанке расценили как попытку намеренного банкротства компании для ухода от кредитных обязательств. К тому же всё происходило на фоне исков от других кредиторов (с которыми, по утверждению Костыгина, вопросы решались конструктивнее). Последовал суд, который ритейлер проиграл, оспорить решение также не удалось. Дело о банкротстве по иску Морозова прекратили летом 2017 года, когда на заседания перестали ходить вообще все участники процесса.

В свою очередь, источники на рынке предполагали, что с помощью комбинации с участием Морозова Костыгин попытался снизить стоимость компании, чтобы затем выкупить долю Васинкевича. Позже, весной 2017 года, предприниматель заявил, что планирует приобрести акции Васинкевича за счёт «Юлмарта», однако сделка не состоялась из-за неурегулированного спора со Сбербанком.

Почему Костыгин оказался под арестом?

Из-за уголовного дела в свой адрес — по ч. 4 статьи 159.1 УК РФ «Мошенничество в сфере кредитования в особо крупном размере». Дело возбудили по заявлению всё того же Сбербанка из-за кредита в 1 млрд руб.

Дмитрия Костыгина поместили под домашний арест в октябре 2017 года. Адвокаты предпринимателя после этого практически прямым текстом обвинили Сбербанк в работе в интересах А1 и Михаила Васинкевича.

«Для нас очевидно, что Сбербанк применил абсолютно негодный правовой инструментарий для разрешения обычного хозяйственного спора. Остается большой загадкой, почему это потребовалось сделать именно сейчас во время переговоров со Сбербанком и поиска оптимального, устраивающего обе стороны механизма реструктуризации, в принципе, незначительной для банка задолженности. Нам кажется, что здесь не обошлось без негативного влияния, а возможно и прямого воздействия инвестиционной компании А1, которая вот уже больше года вместе с миноритарным акционером Михаилом Васинкевичем безуспешно атакует “Юлмарт”. Их совместные действия привели к проблемам со стабильностью компании и нервной реакции кредиторов на обычные хозяйственные процессы. Фактически, Сбербанк вольно или невольно выступил агентом А1 в этом противостоянии», — цитирует адвоката Костыгина Константина Добрынина издание «Оборот».

Представители А1 назвали обвинения в сговоре со Сбербанком «плодом фантазии Костыгина» и заявили, что инвесткомпания не имеет отношения к судебным процессам, связанным с банком.

После выхода из-под ареста ареста бизнесмен заявил, что решение по долгу перед Сбербанком сдвинулось с мёртвой точки. В свою очередь, в банке опровергли его слова. «Сегодня говорить о наличии каких-либо договоренностей Сбербанка с Костыгиным по урегулированию долга не приходится», — цитирует представителей Сбербанка РБК.

Что происходит вокруг компании сейчас?

Дмитрий Костыгин добился прекращения домашнего ареста в середине февраля 2018 года, примерно тогда же его адвокаты заявили, что готовят ходатайство о прекращении уголовного дела — после решения суда о том, что бенефициары «Юлмарта» не нанесли ущерба Сбербанку (аналогичный иск к самой компании арбитражный суд ранее удовлетворил). Сразу после этого он дал большое интервью РБК, где, в частности, прошёлся по своему формальному партнёру Михаилу Васинкевичу и рассказал о планах по урегулированию конфликта. Так, Костыгин сообщил, что намерен «найти баланс между Сциллой и Харибдой, [то есть] между А1 и Сбербанком».

Акционеры «Юлмарта» продолжают судиться — с кредиторами и между собой. В декабре 2017 года Костыгин подал иск о банкротстве Васинкевича из-за долга в 405 млн руб.: ранее Газпромбанк снял с личного счёта Костыгина более 700 млн руб. в счёт выданного в 2014 году «Юлмарту» кредита, и бизнесмен пытается получить часть этой суммы с партнёра. В свою очередь, Васинкевич избавляется от сторонних активов. В судах различных инстанций находится ещё несколько исков к «Юлмарту» от банков и поставщиков. Уголовное дело против экс-гендиректора Сергея Федоринова и дело о неуплате налогов «Юлмартом» закрыли в связи с полным возмещением ущерба государству.

Тем временем в Лондоне продолжается процесс по кредиту в $30 млн от компании Ledaro. В случае, если истец — петербургский бизнесмен Михаил Скигин — выиграет дело, он может получить все активы «Юлмарта» в России. Костыгин утверждает, что находится со Скигиным «в хороших отношениях», и уверен, что после решения суда вопрос получится урегулировать лично.

В конце декабря 2017 года стало известно, что «Юлмарт» переводит операционную деятельность на дочернее юрлицо — ООО «Юлмаркет». В компании уволили 1 тыс.(по другим данным — 5 тыс.) сотрудников и сократили торговые площади вдвое.

«Если бы не конфликт, «Юлмарт» сейчас имел бы оборот около 150 млрд, а не 30 млрд [рублей]», — заявил журналистам Дмитрий Костыгин в феврале 2018 года.

Подготовил Алексей Максимук

Подписывайтесь на наш канал в Telegram, чтобы первым быть в курсе главных новостей ритейла.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar