Сегодня в продуктовой рознице сложилась патовая ситуация. Основным игрокам на этом рынке удалось разобраться с прежними долговыми обязательствами и получить новые кредиты в рамках программы господдержки. Но о развитии сетей, открытии новых супермаркетов и магазинов не говорит никто. Основная борьба сейчас развернулась вокруг ценообразования: только за счет ориентации на продукцию местных производителей и ухода в средний и низкий ценовые диапазоны в продуктовой линейке, представленной на прилавках магазинов, ретейлеры могут сохранить свои позиции. По мнению генерального директора сети супермаркетов "Холидей Классик" Алексея Захарова, подвешенная ситуация будет полностью зависеть от экономического положения в стране, а перспективы сетей — положительные или негативные — станут очевидны через несколько месяцев.

— Сети сейчас напрямую зависят от потребителей. Как изменились вкусы покупателей?

— Стали более прагматичными. Выбирают более дешевые продукты при сохранении определенного уровня качества. В основном идет смещение из премиальных имиджевых позиций в средний и средненизкий ценовые сегменты. Стало меньше продаваться готовых салатов: сейчас реализуется 20-25 процентов от прежнего уровня. И это понятно — люди готовят дома. Очень показательная группа — хлеб. Если раньше был рост потребления группы горячих хлебов, то теперь в этой линейке наблюдается снижение порядка 30 процентов.

— Что происходит с импортной продукцией?

— Падение продаж наблюдается, но не очень сильное, так как заместить нечем. К примеру, те же фрукты — в основном импорт. Скачок курса валют и подорожание продуктов не всегда совпадают. Есть, к примеру, элитный алкоголь, запасов которого у дистрибьюторов хватит на полгода. Очень сильный рост цен произошел по детскому молочному питанию — пропорционально курсу доллара. Соответственно и смещаются потребительские предпочтения — в сторону российских производителей. При этом сильных изменений продаж в штуках и килограммах не происходит, лишь в суммах. В целом корзина потребления остается на том же уровне. Это физиология, с ней, к сожалению, ничего сделать не удастся.

Производитель не в формате

— Изменились ли отношения с местными производителями? Существует ли возможность заменить импорт?

— На самом деле есть несколько составляющих. Одна категория — производство из российского сырья и на российских же предприятиях. Сейчас для них ситуация резко улучшилась, потому что конкуренция с импортными производителями фактически исчезла, а потребительский спрос возрос. Это происходит по крупам, консервированным продуктам. Никогда не было конкуренции в позиции "свежие продукты".

Более сложная ситуация, когда в конечном продукте заложено импортное сырье. Это колбасная продукция, где достаточно большая доля сырья в виде блочного импортного мяса. Производители пытаются перейти на местную сырьевую базу, но тут большие проблемы, связанные с его дефицитом. С другой стороны, в этом видится хорошая возможность для развития местных производителей сырья. Мы чувствуем рост интереса покупателей к позициям товаров, где заложена местная сырьевая составляющая, и сами активно ведем переговоры с производителями по поводу увеличения представленности таких продуктов на полках магазинов.

— Способны ли наши производители выдержать повышенный спрос на собственную продукцию?

— За последние 10 лет розничная торговля сильно изменилась технологически, прошла модернизация отрасли, значительно изменился сам формат торговли. То же самое произошло со многими предприятиями пищевой промышленности. К примеру, производство соков, колбас вышло на новый уровень, появились крупные и сильные игроки. А вот в сельском хозяйстве, которое формирует сырьевую базу, этого не случилось. Самое главное — не произошло формирования некоего промежуточного звена, когда сельскохозяйственный продукт, условно говоря, молоко, можно было бы продавать в магазинах, доведя его до соответствующего формата. Есть предприятия полного цикла, которые готовы поставлять на прилавок конечный продукт, но таких единицы. Остальные игроки зависят от сырья — с одной стороны. А с другой — сами сельхозпроизводители не могут довести продукт до прилавочного уровня. Соответственно, возникает длинная цепочка посредников, которая формирует цену.

Я не хочу советовать, не совсем совпадают зоны ответственности, но если сформировать какой-то кооперативный центр по приему продукции, его переработке, подготовке к продаже, это сделало бы работу сельхозпредприятий более рентабельной и упростило им доступ к розничным продажам.

Проблема отношений сельхозпроизводителя и розничной сети — это не проблема продавца и покупателя. Это просто определенный технологический разрыв: не может супермаркет принять грузовик картошки и что-то с ним сделать. А сельхозпроизводитель за редким исключением не может довести свою продукцию до определенного формата, востребованного торговлей.

— Получается, что на прилавки местному производителю по-прежнему сложно попасть?

— В сеть всегда просто попасть с востребованным товаром, с позицией, которая пользуется сегодня спросом. Понятно, что если есть сто производителей в одной линейке продукции — пельменей, к примеру, — нам и покупателям не нужно видеть всех. Реально продаются два-три. Если меняются предпочтения, меняются и условия. Во все времена были производители, за которыми мы бегали, уговаривали, просили, договаривались на каких-то условиях — даже пускай не очень выгодных для нас, но чтобы эта продукция на наших прилавках была. Например, есть в Новосибирской области замечательный производитель минеральной воды "Карачинская". Никогда они не просили войти в сеть, никогда не платили каких-то входных билетов. Всегда продавались больше всех, и, в общем-то, ситуация не изменилась и сейчас. И таких примеров немало.

— Совсем недавно на слуху была проблема системы неплатежей. О ней уже речи не идет?

— Мы всегда работали с местными производителями приоритетно. На нас они не обижались. Что касается текущей ситуации — она нервная, но стабильная. Мы получили кредитные линии Сбербанка, Внешторгбанка. Смогли рефинансировать все старые кредиты, которые были получены в мелких коммерческих банках. Ликвидность сейчас восстановлена, но что будет дальше, пока непонятно.
Все розничные предприятия имеют большую кредитную нагрузку и болезненно переживают события, связанные с банковским кризисом. Сейчас ситуация стабилизировалась, понятно, как работать. Но остались проблемы у дистрибьюторов — они во многом самые незащищенные: нет недвижимости, нет имущества для залога при получении кредита, у них по большому счету существует некий поток товаров, который они перевозят. Поставщики пострадали больше всего: на фоне отказов от кредитования многие логистические цепочки просто рухнули. Это повлекло за собой кризис недоверия в цепочке производитель-дистрибьютор — розничная сеть. Опять же ситуация сейчас выравнивается. Где-то производители берут на себя функции логистов, где-то розничная сеть подключается, где-то дистрибьюторы своими силами восстанавливают работу. Сегодня ситуация уже не критическая.

Рынки нам не конкуренты

— Какие шаги принимаете в таких условиях вы?

— Сокращаем ассортимент премиальных продуктов, увеличиваем более дешевый сегмент. Планируем ввести и расширить во всех группах товаров дешевые небрендированные позиции. Идем на то, чтобы несколько урезать ассортимент, но сделать его более доступным. Идем на то, чтобы снизить маржу. Где-то это происходит в ущерб финансовым показателям, где-то возвращаемся к принципу, который ранее был у сетей, но от него в последние годы не совсем правильно отходили: это работа в максимально низких ценах.

— Новосибирским властям, видимо, этого недостаточно. В городе планируется развивать розничную торговлю через ярмарки и микрорынки. Это попытка давления на вас?

— На самом деле чудес не бывает. В нынешней ситуации я не думаю, что такой формат будет востребован. Иллюзия низких цен и социального предложения на рынках слишком преувеличены, потому что издержки на такую торговлю выше. Это легко считается: только кажется, что подогнать грузовик и держать его целый день на улице — это выгодно. На самом деле отнюдь. Амортизация простаивающего оборудования — очень дорогая вещь. И она закладывается в стоимость товара. Соответственно, продавец реализует одно наименование, и он должен получить зарплату. Другой разговор, что при таком виде торговли никто не платит налоги. Если розничная сеть отчисляет налоги на зарплату, вносит коммунальные платежи, за аренду помещений, НДС, то в данном случае эти понятия исключаются — кассовых аппаратов нет, налогов с выручки никто не заплатит. И в этой ситуации кто кого обманул — еще непонятно. Давайте розничные сети освободим от ряда налогов, можно будет получить значительное снижение цен.
Рынки нам не конкуренты. Вспомнить хотя бы несколько позиций: ограниченный ассортимент, непонятные санитарные условия, сомнительный низкий ценовой сегмент. Да, это некая социальная программа, некое предложение на рынке. Но есть вопросы качества, контроля за продукцией.

Поторгуем со склада

— Помимо ухода в низкий ценовой сегмент вы изыскиваете и другие возможности для снижения цен?

— Мы в любом случае проблему снижения цены на продукты считаем важным для наших покупателей: "Добрая карта", красные ценники — это предоставление покупателям возможности купить продукты питания первой необходимости по сниженной цене. Есть еще одно направление — проект "Холди Дискаунтер". Это попытка за счет использования максимально выгодного вида розничной торговли минимизировать все факторы, которые приводят к увеличению издержек. Пилот, который мы запустили в начале марта, предполагает минимальный ассортимент, минимальные трудозатраты при выкладке товара, минимальные потери на логистике. Попробовали, реакция была со стороны покупателей благожелательной — продажи идут, и, думаю, этот формат мы сейчас будем развивать активно. Я не говорю об альтруизме, речь идет об ответе рынку, это то, чего сегодня хочет покупатель. От результатов работы в марте будет видно, насколько активно мы будем продвигать этот проект в регионах присутствия — Новосибирске, Томске, Барнауле.

— В целом какова ситуация на рынке розничных сетей? Грозят ли ему громкие переделы, слияния, поглощения?

— Пока никаких тенденций и изменений нет. Сейчас есть состояние неопределенности. Непонятно, будет ситуация улучшаться или ухудшаться. Что будет происходить с точки зрения корпоративных событий — произойдут ли банкротства из-за ухудшения ситуации в экономике, будут ли идти события по оптимистичному сценарию — никто прогнозировать сейчас не возьмется. Да, развитие сетей сейчас приостановлено. Никаких инвестиций в недвижимость, в ремонты никто не делает. Все зависит от того, как станет развиваться ситуация в банковском секторе, какова будет ситуация с инвестиционными ресурсами. Я думаю, что-то прояснится к лету текущего года.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar