Челночный бизнес, появившийся в годы перестройки и позволивший выжить многим семьям в непростые времена за счет перепродажи дешевых, преимущественно, китайских товаров, уходит в прошлое, и о нем, как об интересном факте истории, начинают писать книги.

В Приморье таким торговым промыслом занимались тысячи жителей — людям этого мелкого бизнеса, некоторые из которых серьезно "поднялись", посвятил свою повесть предприниматель из Владивостока, также выходец из "челноков", Юрий Рыбаков.

"Многие мои герои — реальные люди, но в повести они под вымышленными именами и фамилиями. Многие факты, события и приключения, описанные мною, — тоже реальные", — рассказывает автор повести.

Двадцать лет назад состоялась советско-китайская встреча на высшем уровне, первая с конца 50-х годов. 15 мая 1989 года Китай посетил Михаил Горбачев, занимавший тогда пост Генерального секретаря ЦК КПСС. Соглашение о безвизовом пересечении российско-китайской границы было подписано годом ранее этого события — в 1988 году.

 

История "челноков"

Заняться челночным бизнесом инженера оборонного предприятия Владивостока Рыбакова "заставила нужда".

"Советский Союз шел к развалу. Мощный военно-промышленный комплекс страны трещал по швам, выбрасывая на улицу тысячи инженеров, — вспоминает он. — В числе таких сокращенных оказался и я. Встал вопрос: чем заняться, как кормить свою семью — жену и малолетнего сына. Думал недолго — Россия и Китай открыли границы, подписав соглашение о безвизовом туристском обмене. На совете с женой решили: деньги, компенсацию по сокращению, пустить в становление семейного челночного бизнеса".

Жители Приморья, в основном бывшие работники предприятий оборонки, а также молодые ребята, мечтающие завести свое дело, перешли в "челноки" и начали осаждать рынки Китая.

Юрий мотался из Владивостока в Китай по три-четыре раза в месяц. Как говорят сами "челноки", они, на своих плечах, "вынесли половину Китая", давая россиянам возможность покупать недорогие вещи и продукты питания.

"Поскольку легкая промышленность в Приморье впала в затяжную, глубокую кому, везли из Китая все, что имело спрос на рынке. А спрос был на сотни товаров: начиная от карандашей и порошка для борьбы с тараканами и заканчивая дешевой одеждой и обувью", — говорит он.

Мотаться в Китай и обратно, таская баулы с товаром, непросто. Усталость валила "челноков" с ног. Со временем Юрий познакомился с китайскими коммерсантами, нашел среди них надежных партнеров и стал ездить только на отбор товара, который со склада в аэропорт или на вокзал отвозили грузовые компании. Это избавило от необходимости носить тяжелые сумки.

"Появилось свободное время, стал знакомиться с Китаем, посещал музеи, выставки, древние храмы и дворцы. Многие опытные "челноки", найдя надежных иностранных партнеров, так поступали", — рассказывает предприниматель.

 

На пути к большому бизнесу

По мнению Юрия, челночный бизнес — сито, которое пропускало далеко не всех. Оставались наиболее трудолюбивые, выносливые, терпеливые и предприимчивые. А еще челночный бизнес стал полем, на котором выросли многие крупные предприниматели.

"Сотни сегодня успешных бизнесменов начинали свое дело с челночных вояжей в Китай, Турцию, Польшу, Южную Корею, скопив первый капитал, умело пустив его в оборот, — перечисляет Юрий. — Мой приятель из рядового "челнока" вырос в крупного бизнесмена, создав со своим китайским партнером совместное предприятие, которое стало крупной коммерческой фирмой. Сын и дочь приятеля окончили факультет китайского языка в Дальневосточном государственном университете, сейчас в деле с отцом".

Благодаря челночному бизнесу люди покупали себе квартиры, иностранные машины, учили детей в вузах. Об этом также рассказывает книга бывшего "челнока".

По его мнению, с которым согласны и другие его бывшие коллеги, государство опрометчиво нанесло нокаутирующий удар по челночному бизнесу, приняв в прошлом году жесткие регламентирующие меры. В итоге, заработка лишились тысячи "челноков" в России, и, кроме того, свое дело потеряли тысячи их партнеров в Китае, Турции и других странах.

"Челночный бизнес со временем отпал бы сам по себе, — уверен Юрий. — "Челноки" не выдержали бы естественной конкуренции крупного бизнеса, создай тот разветвленную оптовую сеть по стране. Однако государство, на мой взгляд, поспешило, принимая к "челнокам" жесткие ограничительные меры, резко поднимая планку таможенных пошлин. В итоге легальный челночный бизнес стал убыточным и скоропостижно скончался".

Хотя, добавляет он, люди стали искать нелегальные обходные пути, которые и нашли.

 

От челноков к "помогайкам"

После вмешательства государства челночный бизнес стал подпольным, им занялись приморские туристские компании. За свои деньги они под видом туристов вывозили в Китай "челноков", названных "помогайками".

"Задача у "помогаек", основу которых составляли пенсионеры, безработные и малоимущие, была одна — провести через границу беспошлинную партию товара. В России китайские товары поднимаются в цене в 5-10 раз. Поэтому турфирмам было выгодно делать бизнес с помощью "помогаек", — отмечает Юрий.

Люди, взявшие на себя эту роль, перевозили партии коммерческого груза из Китая под видом личных вещей. За это они получали небольшое денежное вознаграждение. Российское таможенное законодательство разрешает беспошлинный ввоз товаров на сумму 65 тысяч рублей общим весом не более 35 килограммов исключительно для личных или семейных целей, а не для последующей перепродажи или передачи третьим лицам.

За сутки через таможни Дальневосточного федерального округа из Китая бизнесмены таким образом беспошлинно завозили 90 тонн товаров. Дальнему Востоку, с населением в шесть с небольшим миллионов человек, столько было не нужно, поэтому груз по железной дороге "расползался" по всей России.

Но и этому бизнесу также была поставлена преграда.

 

Таможенный заслон

Летом прошлого года дальневосточные таможенники активизировали борьбу с таким незаконным предпринимательством. Впервые были возбуждены уголовные дела: по факту ввоза коммерческого груза, выдаваемого как личные вещи.

Таможенники еще в начале года озвучили цифры: сумма собранных ими платежей с частных лиц выросла в 2008 году в 1,4 раза — за счет борьбы с этими самыми "помогайками", пытавшихся незаконно ввезти товары без уплаты пошлин. Это на 16 миллионов долларов больше, чем в 2007 году.

Сократилось, с 4 до 5 миллионов, и число граждан, пересекших с личной целью границу.

Жесткие российские таможенные ограничения, естественно, отразились на мелком бизнесе в приграничных с Дальним Востоком китайских городах. После того как в КНР сократился поток российских "челноков" и "помогаек", там заметно опустели гостиницы и рестораны, стали закрываться магазины и торговые ряды.

В Приморье были попытки протестов. Так, в начале этого года начальнику одного из таможенных постов Приморья неизвестные облили дверь керосином и приложили записку: "Дай людям жить".

"Шум вокруг "челноков" почему-то только в Приморском крае, — отмечал ранее начальник Дальневосточного таможенного управления Игорь Власенко. — В европейской части России такого нет".

Он предлагал еще больше ужесточить требования.

"Например, разрешить ввоз не 35 килограммов без пошлины, а, допустим, 25 килограммов. В США физическое лицо может беспошлинно ввести 20 килограммов багажа. Ценовую планку в 65 тысяч рублей можно и поднять", — говорил он.

Хотя таможенный генерал признавал, что весь этот бизнес возник не от хорошей жизни.

"Я понимаю, людям некуда деваться, поэтому они и занимаются этим. Властям надо бы думать, чем занять людей в иной плоскости народного хозяйства", — отмечал он.

Книга Рыбакова о челночном бизнесе, о котором, безусловно, рассказывать можно много, пока не издана. Автор сейчас ищет типографию, чтобы заключить с ней договор на публикацию своего труда.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar