Конфликт в «Ленте» зашел так далеко, что может закончиться только уходом одной из сторон. Но действия противников скованы незримым присутствием Генпрокуратуры.

Эксперты обратили внимание на необычную скованность суда и правоохранительных органов по отношению к конфликту акционеров «Ленты». Классические рейдерские захваты отличала, наоборот, чрезмерная активность силовиков.

Милиционеры, присутствовавшие при силовом заходе ставленника TPG Capital и «ВТБ-Капитал» Яна Дюннинга в офис «Ленты», не помогали ему, но и не защищали ставленника Августа Мейера Сергея Ющенко. Они лишь забрали в ходе действа в отделение участников начавшейся драки.

Судьи Арбитражного суда СПб и ЛО уже несколько раз отказали в наложении арестов обеим сторонам, завалившим суд исками друг к другу. УБЭП, в которое также писали заявления друг на друга Ян Дюннинг и Сергей Ющенко, отказало обоим в возбуждении уголовных дел.

Осталась прокуратура, куда обратился изгнанный из офиса Сергей Ющенко с заявлением о самоуправстве Дюннинга. Но она тоже не спешит объявить о начале расследования.

Скованы одной цепью

Как считает часть экспертов, причина скованности силовиков проста: разгар конфликта в «Ленте» происходит на фоне расследования «дела Кумарина». В городе расквартирована антирейдерская бригада следственного комитета Александра Бастрыкина — Олега Пипченкова, чье присутствие ограничивает коррупционные действия силовых и судебных структур.

В противном случае и штурм «Ленты» 14 сентября, и его отражение выглядели бы иначе. Между тем все эксперты согласны, что после применения силы примирение сторон вряд ли возможно. И ВТБ, и TPG, чей представитель использовал силовые методы, пошли ва-банк именно для того, чтобы получить компанию под свой полный контроль.

Но при этом, считают юристы, действия в Петербурге хоть и продемонстрировали намерения сторон, не играют решающей роли в борьбе акционеров. Основные баталии развернулись в Лондоне и на Британских Виргинских островах, где зарегистрирована материнская компания Lenta Ltd.

Борьба на выбывание

Август Мейер, владеющий 40,6% акций «Ленты», направляет свои усилия на сохранение паритета и в акционерном капитале, и в совете директоров компании.

Его оппоненты — «ВТБ-Капитал» (6,2%) и TPG-Capital (24,6%), наоборот, пытаются­ получить преимущество на всех фронтах. В частности, они привлекли на свою сторону ЕБРР (11,1%), что дало им четвертого человека в совете (у Мейера — два) и контроль над 41% акций. Также, как говорят представители Мейера, его оппоненты ведут переговоры с миноритариями о выкупе или взятии у них в управление еще 10% акций. Если им это удастся, считают эксперты, эта группа получит контроль, и тогда судьба «Ленты» будет решена. А помешать им Август Мейер может, лишь если выкупит акции сам — именно это свое право он отстаивает сейчас в британских судах.

Не исключено, что ВТБ еще не реализовал весь свой административный ресурс в России. И что Августу Мейеру придется искать местного партнера сопоставимой величины. К примеру, «Альфа-групп», которая уже проявляла интерес к приобретению «Ленты».

 

Кто директор, тот и прав

Игорь Елисеев, глава юридической компании «РосРазвитие — СПб»:
В таких спорах две ключевые точки: кто находится на объекте и кто формально является гендиректором. За кем директор и объект, тот управляет финансовыми потоками и лишает другую сторону денег на войну. Проигравший продаст свой пакет, и чем позже, тем дешевле. Сейчас в офисе Ян Дюннинг, и он же, по данным ЕГРЮЛ, директор. Соответственно, обе точки заняты ВТБ и TPG. Их задача — добиться судебного запрета на изменение данных ЕГРЮЛ. Задача Мейера — оспорить директорство Дюннинга, после чего можно с приставами заходить на объект.

Константин Добрынин, старший партнер Pen & Paper, экс-директор по защите прав собственности ОАО «Группа Илим»:
Несмотря на эффектные действия при захвате, эффективными их назвать нельзя. Силовой заход на предприятие и установление своего директора сегодня, в отличие от начала и середины 2000-х, не является окончанием конфликта и даже не предопределяет результат. Самый контрпродуктивный путь, который оппоненты могут избрать, — это продолжение жестких военных действий. Единственный возможный путь — это переговоры о порядке управления. Им нужен очень сильный посредник — медиатор, который сможет им помочь договориться.

Василий Давыдов, адвокат-международник:
Август Мейер чувствует себя достаточно спокойно, считая себя защищенным акционерными соглашениями, достигнутыми в условиях, когда ни у кого не было контрольного пакета акций в компании. Но изменение в акционерном капитале, которого сейчас добиваются ВТБ и TPG, получая в управление акции миноритариев, дает им право поднять вопрос и о легитимности старых соглашений. И даже о внесении изменений в устав общества. И тогда все эти драки за офис в Петербурге окажутся просто детскими играми, которые ничего не решают.

Кто сильнее, тот и прав

Сергей Снопок, президент холдинга «Фаэтон»:
Главное преимущество Августа Мейера в том, что Сергей Ющенко избран в свое время на легитимном совете директоров. И, хотя его полномочия истекли, пока не было нового совета директоров, он имеет право управлять компанией. Поэтому Ющенко — главная фигура в игре Мейера. Теоретически, он может управлять компанией из любого другого места, и потеря офиса ничего не меняет. И именно его, я думаю, ВТБ хочет вывести из игры. Один из возможных способов — возбуждение уголовного дела по каким-либо основаниям и принятие меры пресечения.

Андрей Баудис, генеральный директор УК «Музей»:
После таких конфликтов вряд ли может идти речь о совместном продолжении бизнеса. Однозначно, один из них продаст свою долю другому. Кто кому? Чтобы ответить на этот вопрос, надо исходить из того, что в любом споре двух правых быть не может. Кто-то из них точно не прав. И этот кто-то, у кого правовая позиция слабее, — он это сам прекрасно знает и пытается создать максимум проблем своему оппоненту, чья позиция сильнее. Это делается для того, чтобы оппонент как можно дороже заплатил за долю, лишь бы избавиться от такого буйного совладельца.

Игорь Водопьянов, президент холдинга «Теорема»:
Здесь нет такого понятия, как победа. Они оба обречены жить долго и счастливо вместе, пока дружно не продадут «Ленту» кому-то третьему. Экономического смысла в их войне я не вижу. Думаю, просто нашла коса на камень. Один так прочитал акционерное соглашение, другой этак. И теперь хотят друг другу что-то доказать. Костыгин — талантливый человек, для него процесс важнее результата. Он сначала Жеребцову что-то доказывал, теперь вот ВТБ. Я бы мог подробнее прокомментировать, но для этого надо пару звонков делать. А я не хочу. Я на Ибице.

0 0 vote
Article Rating
Спец-2021.-В-контенте
Подписаться
Уведомлять о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments