Тысячи предпринимателей придавлены долгами. Кто-то делает все, чтобы вернуть их, а кто-то с этим не спешит. Вот пять историй, показывающих, как некоторые российские бизнесмены пытаются избежать расплаты

Слишком большой

Самый амбициозный из российских миллиардеров, Олег Дерипаска рвался в тесную компанию к Биллу Гейтсу и Уоррену Баффету, богатейшим людям планеты. До клуба "У кого за 60" он не дотянул миллиардов тридцать. В прошлом году журналисты приписывали ему $28 млрд личного состояния. После прихода кризиса в Россию выяснилось, что Дерипаска кругом обязан, и как раз сопоставимую c этими цифрами сумму. Его личная задолженность (долг компаний, принадлежащих Олегу Дерипаске, уменьшенный соответственно долям других акционеров) плюс-минус $1 млрд равна общей задолженности россиян по ипотечным кредитам (приблизительно $22 млрд).

Когда-то Оноре де Бальзак, который всю жизнь провел "в долгах как в шелках", сказал, что если долг достаточно велик, то должник имеет власть над кредиторами. В 1975 году журналист Business Week озаглавил свою статью о спасении компании Lockheed Aircraft американским правительством When Companies Get Too Big to Fail. Фразу too big to fail ("слишком велики, чтобы рухнуть") относят к компаниям-гигантам, которые, разорившись, могут погрести под собой всю экономику — и поэтому их лучше спасти. Ее за последний год прикладывали к Lehman Brothers, AIG, Fannie Mae, Ford, General Motors и даже к самой Америке (которая, упав, может ввергнуть в хаос всю мировую экономику) так часто, что она превратилась в понятную всем аббревиатуру, TBTF. В России на звание TBTF пока претендует только Олег Дерипаска со своим "Русалом".

После начала кризиса из-за склонности получать кредиты под залог акций Дерипаска потерял блокпакет канадской Magna и 10% акций немецкой строительной компании Hochtief. Не устоял и был продан за символическую сумму банк "Союз". Сейчас, по некоторой информации, идут переговоры о продаже пакета в "Ингосстрахе" и некоторых автомобильных активов. Но даже после этих событий подошедшие сроки выплаты по кредитам ставят империю Дерипаски в очень тяжелое положение. TBTF, похоже, сказал себе он, и предложил казне оплатить $6-миллиардный долг — в обмен на привилегированные акции (которые, как известно, не дают их владельцу права голоса). В этом он похож на тысячи российских предпринимателей, которые без колебаний согласны обменять долги на акции — но лишь в границах блокпакета. На большее их самоотречения не хватает. Однако такой обмен не показался чиновникам адекватным — когда им выгодно, они умеют прислушиваться к общественному мнению. А оно очень негативно относится к обобществлению убытков. Так что положительного ответа Дерипаска пока не получил.

Теперь Дерипаска хочет получить гарантии — или хоть комфортное письмо (по сути, гарантия, не обременяющая госбюджет) от российского правительства по поводу своего долга, который он должен выплатить в 2009 году. Дерипаска рассчитывает на отсрочку до двух лет по выплатам.

У главного должника России есть еще около месяца, чтобы доказать правительству, что он и в самом деле too big.

Олег Дерипаска

В прошлом году самый богатый человек России столько стоил. А в этом году он уже должен

$28 млрд

Самый циничный

Олег Яковлев, основной владелец сети "Банана-мама", за три года сумел вывести свою компанию на второе место на рынке детского ритейла после "Детского мира": по итогам 2007 года компания заработала $342 млн. По задумке Яковлева, 2008-й должен был способствовать двукратному увеличению этого показателя. Однако план роста пришлось сменить планом выживания.

С приходом в компанию британского менеджмента во главе с Полом Кларком в августе 2007 года "Банана-мама" решила пересмотреть схему работы со своими поставщиками, посчитав их "лишними звеньями". Однако расставание с партнерами не прошло полюбовно.

Весь год поставщики безуспешно пытались получить свои деньги. Только за лето прошлого года на сайте Арбитражного суда к ТД "Триал", через который шли почти все отгрузки товара в розничную сеть, было зарегистрировано долговых претензий на 1 млрд руб.

Яковлев и Кларк, как это стало модно, не признавали в "Триале" своего: в беседе с СФ гендиректор назвал "родство" с торговым домом сотрудничеством без дочерне-материнских отношений. Отчаявшись увидеть деньги за уже поставленный товар, часть поставщиков ритейлера обратились в коллекторское агентство "Центр ЮСБ". Как рассказывают взыскатели, Яковлев и менеджмент "Банана-мамы" не шли на контакт. Все это время они публично кормили поставщиков "завтраками". Сначала Яковлев обещал расплатиться в июне-июле 2008 года, но чуть позже Кларк в интервью СФ заявил, что срок перенесен на август-сентябрь. Денег поставщики так и не дождались.

В начале ноября ТД "Триал" начал процедуру банкротства, а через неделю владелец "Банана-мамы" сообщил, что готов погасить все долги якобы чужого оптовика. "После завершения сделки с инвесторами мы намереваемся провести переговоры отдельно с каждым поставщиком по переводу долга с "Триала" на "Банана-маму"",— говорится в письме Олега Яковлева и Пола Кларка от 14 ноября, адресованном товарным кредиторам. Между тем на сайте Арбитражного суда за последние месяцы уже появились иски и к самому ООО "Банана-мама" на сумму более 60 млн руб. (например, от ООО "Мир детства" почти на 17 млн руб., ООО "Олтри" — на 12 млн руб.). Это следствие того, что некоторые поставщики согласились перейти на прямые контракты с сетью. Всего "Банана-мама" задолжала поставщикам примерно $40 млн.

В конце декабря в интервью "Коммерсанту" Олег Яковлев рассказал, кого он винит в сложившейся ситуации. Поставщики были названы "посредниками, которые наживались на детях".

"В марте мы постараемся инициировать уголовное преследование "Банана-мамы" — только так возможно вернуть деньги нашим клиентам,— категоричен начальник отдела финансового коллекторства "Центра ЮСБ" Николай Иванов.— Нужно выяснить, куда выводились деньги из "Триала"". Впрочем, владелец "Банана-мамы" бизнес не спас — сеть будет передана в счет долга Альфа-банку.

Олег Яковлев

Не плати, не плати долго, а когда спросят, обвини кредитора в аморальности. Вот рецепт человека, который должен

4 млрд руб.

Самый предусмотрительный

Александр Катунин, прежде младший партнер Александра Абрамова по "Евразу", а ныне металлоторговец и лесопромышленник, еще летом прошлого года подал пример, "как разбираться с долгами". Он подарил России первый дефолт по облигациям.

К 2004 году, когда "Миннеско" — именно она первой объявила дефолт — перешла в руки Александра Катунина, это был уже налаженный бизнес по продаже леса-кругляка в Японию. В конце 2006 года компания заняла на рынке полмиллиарда рублей. В июле 2008-го по займу был объявлен дефолт. Говорят, что бизнес "Миннеско" (10% российских поставок леса в Японию) подорвало введение пошлин на вывоз кругляка в начале 2008 года. Но это не так. О повышении было объявлено за 11 месяцев до их введения — и на пошлины как на неожиданный поворот дел ссылаться глупо.

Единственной реальной неожиданностью — и очень обидной для российских лесопромышленников — было то, как легко японцы отказались от своих российских партнеров в пользу американских поставщиков после того, как спрос в США из-за кризиса упал и тамошние лесорубы стали искать покупателей в Азии. О том, что бизнесу "Миннеско" пришел конец, инсайдеры компании знали еще глубокой осенью 2007 года.

Похоже, владелец компании колебался между разными выходами из ситуации — "как в 1990-е" или цивилизованно. Александр Катунин пытался решать проблемы компании, по словам участников событий, вплоть до мая 2008 года. В июне, после того как дефолт — сначала технический — стал реальностью, выяснилось, что с конца 2007 года "Миннеско" ему уже не принадлежит.

Но еще в конце 2007-го Катунин, видимо, собирался с покупателями рассчитаться. Понимая, что бизнес рушится, он присоединил к "Миннеско" две лесозаготовительных компании — "Митек" и "Чуноярлес". В отличие от самой "Миннеско", где немногочисленные активы были заложены банкам, эти площадки обладали реальной, не обремененной долгами стоимостью — по тогдашним оценкам, $15-20 млн. Этого хватало, чтобы покрыть долг перед покупателями облигаций. Но в последний момент Катунин передумал, и активы были снова выведены.

Акционеры, заменившие Александра Катунина (группа физических лиц которые были против того, чтобы их именовали зиц-председателями), обещали инвесторам обменять их облигации на акции "Чуноярлеса" и "Митека" (то есть безнадежный долг на имеющие стоимость активы), не доводя дело до суда. Но в эти обещания никто не поверил. В декабре прошлого года была начата процедура банкротства "Миннеско", которая сейчас имеет задолженность приблизительно 800 млн руб. Само банкротство — эпопея на пару лет. Владельцы облигаций, потерявшие на девальвации рубля уже не менее $5 млн, вряд ли что получат, ведь в списке на получение денег они последние.

Александр Катунин, не дав попасть на свой белый фрак грязному пятну, продолжает лесной бизнес. В 2009 году будет введен в действие Енисейский фанерный комбинат, в строительство которого он инвестирует вместе с американской компанией Murphy Timber Group около $150 млн. Этот проект кредитует ВТБ, которому "Миннеско" не вернула $2 млн. И кто здесь говорит про репутацию?

Александр Катунин

Если долг невелик и среди кредиторов нет опасных, можно сделать вид, что это не ты должен

800 млн руб.

Самая опытная

Девелоперская компания RIGroup, возводившая в Подмосковье торговые центры и коттеджные поселки, задолжала кредиторам 29,6 млрд руб.— при том что портфель проектов компании оценивается приблизительно в 9 млрд руб. В конце декабря 2008 года RIGroup допустила дефолты по двум выпускам облигаций. Расплатиться с кредиторами самостоятельно компания уже вряд ли сможет. В феврале ее кредиторы передали функции исполнительного органа RIGroup аффилированной с "Ростехнологиями" "ОРСИ групп". Собственник RIGroup Жанна Буллок уехала за границу.

Больше всех проиграла от действий RIGroup Московская область — 22,86 млрд руб. долга приходится на принадлежащие ей компании: "Московская областная инвестиционная трастовая компания" (МОИТК), "Московское областное ипотечное агентство" (МОИА) и "Ипотечная корпорация Московской области". Государственные компании (сами они должны своим кредиторам 68 млрд руб.) выделяли такие деньги частной компании "по семейным обстоятельствам": Жанна Буллок — супруга Алексея Кузнецова, который с 2000-го по 2008 год был министром финансов Московской области. На этом посту Кузнецов, по данным газеты "Коммерсантъ", развернул бурную деятельность по привлечению инвестиций в принадлежащие области компании, в том числе МОИТК, МОИА и др. Как выяснилось позже, многие инвесторы вкладывали в них деньги под честное слово министра. Значительная часть этих денег оказалась в компании его жены.

Проблемы начались после того, как в МВД заинтересовались Кузнецовым. По сведениям этого ведомства, министр, пользуясь служебным положением, оформил несколько десятков гектаров земли на структуры, связанные с RIGroup. В июле 2008-го министр понял, что земля горит у него под ногами, и написал прошение об отставке по собственному желанию. И тут же уехал из страны.

Сразу же после отъезда министра начала рушиться и вся пирамида. Осенью 2008 года S&P понизил рейтинг МОИТК, МОИА и "Мострансавто" до преддефолтного уровня. Возникли проблемы и у Московского залогового банка (МЗБ), одним из акционеров которого является RIGroup. В феврале 2009 года МЗБ был признан банкротом.

Кузнецов с супругой не впервые попадают в скандальные истории. В конце 1990-х Кузнецов, ранее работавший вице-президентом Инкомбанка, был фигурантом громкого дела The Bank of New York. По делу проходила и уроженка Белоруссии Жанна Буллах. Но все это дело в итоге развалилось, поэтому никаких последствий для Кузнецова и Буллах-Буллок не имело. А плохую репутацию к делу не пришьешь. Следственный комитет при прокуратуре РФ по Московской области в феврале опроверг предыдущее заявление отдела по борьбе с экономическими преступлениями и заявил, что дело в отношении Кузнецова не возбуждалось. Никто не ищет его и его жену. В этом случае кредиторы не имеют ни единого шанса вернуть свои деньги.

Жанна Буллок

Иногда даже довольно крупный бизнес лишь способ безвозвратно задолжать

29,6 млрд руб.

Самый изобретательный

Компания "Инпром" планировала провести IPO еще в начале 2006 года; в середине 2006-го она собиралась привлечь стратегического инвестора на 29% акций, но желающих не нашлось. Потом назывались новые даты IPO: осень 2006 года, весна 2007-го, июль 2007-го, октябрь 2007-го… Уже тогда некоторые аналитики полагали, что решиться на IPO Игоря Коновалова, мажоритарного владельца компании, заставила высокая кредитная нагрузка компании, не позволявшая привлекать новые средства на выгодных условиях. Это, правда, не помешало "Инпрому" втянуться в 2008 году в девелоперские проекты, которые он намеревался продолжить даже после обвала в сентябре.

"Инпром", входящий в пятерку крупнейших российских металлосервисных компаний, всегда был открыт для инвесторов и акционеров. Его облигации были в котировальном списке А1, предполагающем наиболее полное раскрытие информации о компании. Александр Ларионов, директор по финансам ОАО "Инпром", много выступал публично, подробно рассказывая о планах компании,— инвесторам это нравится. Но, как оказалось, не является защитой от потерь.

7 ноября прошлого года, незадолго до даты прохождения очередной оферты по облигациям, миноритарий Андрей Коровайко подал в Арбитражный суд Ростовской области иск, в котором оспорил решение о прохождении оферты и выделении на нее денег. Мотивировалось это явной недостаточностью свободных средств. Правда, аналитики и держатели облигаций не сомневаются, что миноритарий действовал по поручению руководства "Инпрома". Ведь в качестве обеспечительной меры суд запретил "Инпрому" платить кредиторам. Хотя в декабре суд отказал миноритарию в удовлетворении иска, по закону понадобился еще месяц, прежде чем было снято обеспечение. Впрочем, на решение суда тут же были поданы апелляционные жалобы — и тяжба продолжается.

Ларионов утверждает, что с львиной долей держателей облигаций уже удалось договориться о реструктуризации. Но, похоже, некоторые инвесторы остались за бортом. "С нами никто не связывался, никаких переговоров не было. Правда, у нас небольшое количество облигаций, поэтому мы заняли выжидательную позицию и ждем погашения. Будем надеяться, что "Инпром" доживет до этого момента",— говорит Андрей Пашков, заместитель генерального директора "Югра-финанс". Павел Бездетнов, ведущий аналитик "Мегатрастойл", еще менее оптимистичен: "Мы собираемся начать переговоры, но пока это бесполезно, у них есть возможность оттягивать решение вопросов. Вот когда пройдут апелляционные слушания, тогда они должны будут начать выкуп бумаг. Если, правда, еще чего-нибудь не придумают".

Игорь Коновалов говорит сейчас много правильных слов — про поиск компромисса, который поможет спасти компанию, про нужды коллектива компании. Вот только юридические фокусы, по определению направленные на затягивание времени и попытку не платить, сильно подрывают доверие к его словам.

Игорь Коновалов

Пенсионеры, пролетарии и благо страны — все идет в ход, когда не хочется возвращать

10 млрд руб.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar