Очень часто, приобретая товары с одним и тем же названием, мы обнаруживаем, что по качеству они оказываются совершенно разными. Все зависит от производителя — кто-то соблюдает ГОСТы, кто-то пользуется собственными техническими условиями. Это не значит, что один товар плохой, другой хороший. Важно другое: потребитель обманывается в своих ожиданиях, и некоторые производители этим пользуются.

К сожалению, в российском законодательстве существует общий подход к регистрации исключительных прав на наименование, вне зависимости от того, в каком сегменте рынка продукция выпускается. Эксперты давно говорят о необходимости изменений, которые позволили бы на законодательном уровне определять компании, имеющие исключительное право на использование наименования своих товаров, чтобы оградить потребителей от путаницы в тождественных и сходных названиях однородных товаров и ограничить рынок от некачественной продукции.

Сам глава Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев поднимал вопрос о статусе советских товарных знаков в Таможенном союзе (в него входят Россия, Белоруссия и Казахстан). Он считает, как пишут СМИ, что следует разрешить использовать известные бренды безусловно тем компаниям, которые производили эти товары еще в составе Советского Союза. В отношении остальных — рассматривать каждый случай в отдельности. В этом есть определенная логика, поскольку предприятия, существующие с советских времен, как правило, и сегодня работают по ГОСТам, производя продукцию под тождественным названием. Именно поэтому ФАС позволила всем фабрикам, производившим на законных основаниях шоколад "Аленка" до регистрации тождественного товарного знака, использовать данный бренд, но только в строго исторической упаковке, без каких-либо отклонений.

ФАС не только не усмотрела в действиях "Красного Октября" недобросовестной конкуренции по регистрации обозначения "Аленка" в качестве товарного знака, но и посчитала нужным оштрафовать на 2 млн рублей компанию OrklaBrands, владеющую кондитерской фабрикой имени Крупской — за то, что она незаконно использует обозначение "Крупская Аленка", сходное до степени смешения с товарным знаком "Аленка". При этом, как пишут СМИ, ФАС уверила, что решение, принятое по "Аленке", не носит избирательного характера, и этот принцип будет применяться к аналогичным ситуациям. Таким образом, добавление каких-либо элементов к историческому товарному знаку является нарушением исключительных прав его владельца и попадает под действие закона о конкуренции.

Конечно, для компании мало приятного в том, что ее товарный знак, ставший широко известным с незапамятных времен, использует кто-то другой. Производитель потратил не один десяток лет на то, чтобы заслужить доверие покупателей к своему товару, постоянно тратит деньги на поддержание своего имиджа, и вдруг на рынке появляется конкурент, использующий для маркировки своей продукции сходное до степени смешения название. Ведь потребитель, как уверяют маркетологи, привык ориентироваться в своем выборе именно на знакомый бренд, который ассоциируется у него с определенным качеством продукции и производителем. Поэтому его легко ввести в заблуждение даже незначительной заменой одной буквы на другую. Возможно, не так страшно, если модница купит вместо Gucci сумку малоизвестной фирмы Pucci, названия которых сходны до степени смешения в глазах потребителей. А если это лекарства, при выборе которых потребитель ориентируется исключительно на название?

Памятна история десятилетней давности, когда еще Министерство по антимонопольной политике признало собственника завода "Ферейн" — ЗАО "Брынцалов А." нарушившим закон о конкуренции. Как пишут СМИ, предприятие выпускало лекарственный препарат "Нош-бра" с названием, сходным до степени смешения с обозначением "Но-шпа", зарегистрированным венгерским Chinoin (дочернее предприятие Sanofi-Syntelabo).

Другой пример из фармацевтики: несколько лет назад компании "Фармстандарт" пришлось защищать товарный знак "Пенталгин" от производителя препарата "Пентамиалгин", состав которого отличался от "Пенталгина", однако большинство опрошенных потребителей признались, что часто путали их. Палата по патентным спорам Роспатента согласилась, пусть и частично, удовлетворить возражение "Фармстандарта", который выступал против предоставления правовой охраны "Пентамиалгину".

Похожая ситуация сложилась вокруг другого фармацевтического названия — "Антигриппин". Компания "Натур Продукт", еще в 1995 году разработавшая препарат от гриппа и простуды и зарегистрировавшая его в 1996 году в Минздраве России и Роспатенте как "АнтиГриппин", второй год подряд отстаивает в разных инстанциях исключительное право на данное обозначение. За счет успешной рецептуры и значительных финансовых вложений в продвижение препарата он довольно быстро стал популярным.

Спустя какое-то время на волне этой популярности на рынке появились лекарственные препараты со сходными названиями "Антигриппин-Анви" и "Антигриппин-Максимум", но с абсолютно иным фармацевтическим составом. Регистратором наименований этих препаратов стала фирма "Антивирал", производителем — компания "Анвилаб", позже приобретенная фармкомпанией "Протек". Путаница в названиях для потребителей стала еще более очевидной после активной рекламной компании "Антивирала" под слоганом "Антигриппин" с отметкой "Максимум". Изначальный производитель "Антигриппина" "Натур Продукт", посчитав, что его права нарушаются, обратился в суд с требованием обязать "Антивирал" и "Анвилаб" прекратить использование сходных с его товарным знаком препаратов "Антигриппин-Анви" и "Антигриппин-Максимум". По решению суда первой инстанции компании "Антивирал" и "Анвилаб" должны были приостановить производство и продажу этих препаратов. Однако ФАС ранее, вопреки отстаиваемым этой службой принципам, признала действия "Натур Продукта" нарушающими закон о конкуренции, а Федеральный арбитражный суд Московского округа подтвердил законность этого решения.

На Западе законодательство четко определяет права на товарный знак — там бренд относится к неприкасаемым характеристикам. Производитель может закрепить за собой определенное наименование, если оно прошло проверку временем. Наиболее жестко регулируется фармпромышленность, особенно это касается препаратов, выпускаемых по рецепту. После того как в США несколько пациентов неправильно расслышали, а фармацевты неверно расшифровали названия прописанных лекарств, Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными средствами США инициировало замену торгового названия препарата Losec. Дело в том, что аналог омепразола, которым лечат пептическую язву желудка, оказался созвучен с LasixTM (фурасемид), предназначенным для терапии артериальной гипертензии. Это далеко не единственный пример совпадения, послуживший причиной создания специальной программы, призванной в будущем исключить путаницу.

В России же, как видно из представленных примеров, даже в тех случаях, которые можно рассматривать как аналогичные, принимаются порой противоположные решения. Несомненно, наши законодатели тоже осознают проблемы, с которыми сталкиваются производители и потребители. Однако сегодня на практике получается, что из-за несовершенства отечественного законодательства регуляторы не в состоянии защитить даже те бренды, исключительные права на которые они сами же зарегистрировали.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar