В гостях: Эльдар Муртазин, ведущий аналитик Mobile reseach group; Иван Засурский, зав.кафедрой новых медиа и теории коммуникаций факультета журналистики МГУ, главный редактор интернет-издания «Частный корреспондент». Запись передечи «Сухой остаток».

ПРОНЬКО: В российской столице 21 час и 5 минут, у микрофона Юрий Пронько. Здравствуйте, дамы и господа, еще раз, на «Финам FM» ежедневная программа «Сухой остаток», и сегодня она полностью посвящена памяти Стива Джобса. В США в возрасте 56 лет скончался соучредитель, бывший генеральный директор, председатель совета директоров компании «Apple» Стив Джобс. На его официальной странице в Интернете выложена черно-белая траурная фотография, слов там нет, только годы жизни – 1955-2011. В отдельно опубликованном заявлении совета директоров компании говорится, что современный мир стал неизмеримо лучше, благодаря Стиву, его блестящие качества, страсть и энергичность служили неиссякаемым источником инноваций, обогатили и улучшили жизнь всех. Сегодня мы полностью этот час посвящаем памяти этого великого человека. Я это произношу без пафоса, у меня есть дрожь в голосе, и я этого не стесняюсь, потому что это был гений.

Единственный гость у нас здесь, в московской студии – это ведущий аналитик компании «Mobile reseach group» Эльдар Муртазин… Я тебя рад видеть.

МУРТАЗИН: Я тоже, Юра, очень рад.

ПРОНЬКО: Повод встретиться у нас с тобой не очень приятный, но, тем не менее, я предлагаю построить наш с тобой разговор – поговорить о человеке, поговорить о личности, как обычный, грешный человек создает нечто, что переворачивает весь мир.

Я напомню, что в нашем разговоре могут участвовать и слушатели, у нас открытый многоканальный телефон 65-10-99-6 (код Москвы – 495), и, вы не поверите, у нас вылетела вот туда, к праматери истории вся наша эфирная программа. У нас все компьютеры вылетели. Вот такое бывает… Бывает, Эльдар, да? Техника – она выходит из строя.

МУРТАЗИН: Техника тоже отказывает.

ПРОНЬКО: Поэтому, в общем-то, можно… Что ты мне показываешь? А, ну да, конечно, у нас же не продукция «Apple» стоит здесь, в студии… Это мне Лена Швец, продюсер моей программы подсказывает. Действительно, это так. Завтра пойду к генеральному директору разговаривать на эту тему, буду просить его.

Но сейчас наша техническая служба все перезапустит, поэтому напомню и еще одно средство коммуникации – это сайт www.finam.fm, где, кстати, вы видите и меня, и Эльдара, потому как идет прямая веб-трансляция на нашем портале. Можете присылать свои письма, высказываться.

Вот смотри, все понимали, что рано или поздно это произойдет, да?

МУРТАЗИН: Конечно.

ПРОНЬКО: После того как человек официально объявил о том, что он отходит от дел, все знали – я вот сегодня слушал, видел его фотографию, за несколько дней до кончины… Но вот для тебя лично Стив Джобс – это кто?

МУРТАЗИН: Ты знаешь, мне кажется, что я его всегда рассматривал как человека, который… Я очень уважаю людей, которые смогли создать нечто большее, чем они сами. Фактически Стив Джобс, он был не просто пионером, или визионером, как его называют – его можно назвать учителем, потому что он научил очень многих людей смотреть дальше и не бояться что-то пробовать. На моей памяти это единственный человек, у которого были яйца в этой индустрии, если говорить грубо. Потому что сегодня мы видим менеджеров, которые такие – травоядные, у них нет видения, они боятся что-то сделать, они боятся шагнуть. Почему вот так получилось в его жизни – это отдельный вопрос для исследования. Потому что он был предпринимателем изначально, он совершал ошибки, как любой человек, он не всегда был, наверное, правилен в оценке явлений и людей. Но! Он всегда не боялся признать свои ошибки, он не боялся признать ошибки в своих продуктах, пусть это было и непублично. И другой момент: он никогда не боялся сделать не так, как все, он всегда шел против общей массы людей. Простой пример: когда создавался «iPod» первый, была музыкальная индустрия, она есть и сегодня, но фактически один человек в мире, это Стив Джобс, изменил полностью эту индустрию. Это не преувеличение. Когда он пришел к мэйджор-лейблам и сказал, что мы создаем продукт вот такой-то, мы хотим с вами работать, они посмеялись и сказали: «Нам это неинтересно, мы продаем компакт-диски, мы продаем кассеты, ваш Интернет нас не интересует».

ПРОНЬКО: Я помню очень хорошо это время.

МУРТАЗИН: Да, этого не было. Дальше. «iTunes Music Store» он назывался тогда, об этом многие наши слушатели сейчас не помнят, но первоначально его цель была – сделать музыку доступной. И он говорил: «99 центов за один трек – это та цена, которую готовы платить люди». Он добился этого, он сделал эту стоимость. Сегодня мы живем в мире цифровых технологий, фактически во многом благодаря его усилиям. Но вопрос даже не в этом. Вопрос в том, что как руководитель компании на тот момент не такой большой, не признанной всеми настолько – у них были успехи, но это была компания из другой области – он пришел на новый рынок и сказал: «Вот дальше будет вот так». И он смог объяснить, почему будет вот так, он смог настоять на своей точке зрения. При этом его ненавидело огромное количество людей.

ПРОНЬКО: Подожди, у него были враги?

МУРТАЗИН: Конечно. Огромное количество. Любой интересный человек сложен, он неоднозначен. И у него есть враги, безусловно.

ПРОНЬКО: То есть фактически Джобс ломал сложившуюся систему…

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: …Бизнес-интересы конкретных группировок, компаний…

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: …Личностей…

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: …И они ему противостояли.

МУРТАЗИН: Да. Война музыкальной индустрии против Стива Джобса – это непопулярная тема, потому что «Apple» стал основным продавцом музыки. И это не принято обсуждать даже в кулуарах, но были конкретные люди, которые противостояли «Apple» и хотели, чтобы все было по-старому. Это было.

Более того, если смотреть запуск «iPhone» в 2007 году. Компания, которую выбрала «Apple» в качестве партнера – «AT&T», как оператор. Они начали работать в 2005 году. Тогда «Apple» вместе с «Motorola» попытались создать телефон. И это очень интересная история, потому что они тайно встречались, за спиной у «Motorola», с руководством «AT&T», для того чтобы обсудить запуск нового продукта, «iPhone», который мы потом увидели. Ему нечего было продавать! То есть он продавал свое видение рынку, он продавал то, что они успешны с «iPod», и они смогут сделать что-то особенное для этого рынка. Он продал это видение. И люди, которым он продал это видение, сегодня они скажут, что они его любили. Но на тот момент они его искренне ненавидели. И потом, через полтора-два года, когда их бизнес зависел уже от «iPhone», они позволяли себе говорить много резких высказываний публично, по причине того что они пытались сломать его. То есть они воспринимали себя как «царя горы», как оператора. А оператор на рынке телекома всегда был всем. То есть от оператора зависело, какую модель они купят, по какой цене они будут продавать. «Apple» изменила полностью правила игры, сказав, что «будет вот так, и нас не интересует, как другие компании работают, с нами вы будете работать вот так». За это ненавидели. Причем люто ненавидели.

ПРОНЬКО: Как он относился – в прошедшем времени, да? – к врагам? Он их добивал?

МУРТАЗИН: Нет, никогда.

ПРОНЬКО: Это ведь жесткое оппонирование? Это ведь не просто эмоции, да? Это гигантские финансовые ресурсы, когда он начал ломать это все, да? Он добивал или как вот, Эльдар?

МУРТАЗИН: Я не знаю Стива Джобса лично – я могу судить по косвенным признакам и по словам людей, которые написали не одну книгу, там, сняли фильмы.

Молодой Стив Джобс не был очень агрессивным, с одной стороны. Но, с другой стороны, он всегда делал продукт, сервис-продукт, неважно, который продает себя сам. Ему было неинтересно, что происходит у других – ему было интересно достичь своей цели, какую он себе поставил. То есть это была соревновательность такая, что он хотел сделать просто хороший продукт, который понравится людям, в первую очередь. И вот эта соревновательность не включала в себя, например, сломать «AT&T» и стать, там, крупнейшим оператором. Этого не было. Или унизить конкретного человека.

ПРОНЬКО: А мог? Мог добить.

МУРТАЗИН: Мог, конечно. Он мог просто в момент, там, в 2009-2010 году закрыть контракт, отдать это другим операторам, и тем самым он сломал бы бизнес «AT&T» очень сильно, он подкосил бы его. Он не уничтожил бы компанию, но он мог бы манипулировать рынком. Этого не было. При этом Уолт Моссберг – это колумнист «The Wall Street Journal», они дружили четырнадцать лет, ну, насколько возможно дружить – сегодня написал очень такую вещь, на мой взгляд, хорошо звучащую, что Стив Джобс мог ему позвонить в воскресенье, когда он второй раз вернулся в компанию, и часам обсуждать недостатки продуктов, которые есть на данный момент. Или, например, позвонить, обсудить колонку и не сказать, что вот у меня есть замечание, а сказать, что мы смотрим на этот продукт немножко по-другому. При этом, да, «Apple» как пиар-машина работает отлаженно. Ну, это понятно, да? Мы вот предоставляем новый продукт, он революционный, все начинают пищать от восторга, потому что сказали «революция». Но! Вот «MobileMe»: признать со сцены, что это был не очень удачный продукт и не то, что мы хотели запустить – большинство других топ-менеджеров такого не могут, они все равно до последнего цепляются как за соломинку и говорят, что это все равно шикарный продукт, нас просто не поняли, вот вы глупые. Он имел возможность признать свои ошибки – это очень хорошее качество любого человека – встать немножко в сторону и сказать, что вот у меня есть ошибки, да, я ошибался. При этом надо понимать, что и образ строился, и харизма строилась не на ровном месте – это огромный труд. Но он намечал себе цель и шел к этой цели, последовательно.

О периоде после операции как раз таки в колонке Моссберга сегодняшней написана очень хорошая характеристика. Он приехал к нему домой, и они пошли гулять в парк. Ему было плохо. И они сидят на скамейке, Моссберг говорит: «Давай вызовем машину или вернемся домой, потому что я не хочу, чтобы заголовки газет были такие, что репортер «The Wall Street Journal» не смог спасти Стива Джобса, и он умер на прогулке».

ПРОНЬКО: А ситуация именно такая.

МУРТАЗИН: Ситуация, по его мнению, была именно такая, что Стиву Джобсу было плохо, он был бледный. И Стив говорит: «Ты знаешь, нет, я наметил сегодня дойти вот до той точки в парке». И он просто встал, они прошли, вернулись вместе. То есть человек намечал цель и старался к ней идти.

ПРОНЬКО: Это, по твоему мнению, и есть его главный принцип жизненный?

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: Я вот что хочу сейчас сделать. Я думаю, многие знают – ну, может, кто-то и не знает – о, действительно, очень интересном публичном выступлении Стива Джобса перед выпускниками Стэнфордского университета, действительно одного из сильнейших мировых высших учебных заведений. Притом сам Стив Джобс не заканчивал университета, он никогда этого не скрывал. Вот мы подготовили три нарезки, как это называется у нас, у радиошников, три блока – в общем-то, там и три истории он рассказывает. Первая история – о соединении точек. Вот мы сегодня всю программу посвятили памяти Стива Джобса, и я хочу, чтобы мы и услышали его голос. Больше мы его никогда не услышим. Мне представляется это важным. Я просто каждого слушателя «Финам FM» прошу внимательно послушать, о чем он говорил. А затем мы вернемся в студию, продолжим наш разговор с Эльдаром Муртазиным. Пишите на www.finam.fm свои мысли, комментарии либо звоните на наш многоканальный телефон 65-10-99-6 (код Москвы – 495), у нас открытый эфир. Пожалуйста, что думаете об этом человеке, о тех разработках, о тех продуктах, которыми многие из вас пользуются в повседневной жизни.

Итак, первый блок, первая история от Стива Джобса.

Первая история от Стива Джобса

Для меня большая честь быть с вами сегодня на вручении дипломов одного из самых лучших университетов мира. Я университетов не оканчивал, но сегодня я в каком-то смысле как никогда приблизился к окончанию университета. Хочу рассказать вам три истории из моей жизни. И все, ничего грандиозного – просто три истории.

Первая история – о соединении точек.

Я бросил Reed College после первых 6 месяцев обучения, но оставался там в качестве вольного слушателя еще около 18 месяцев, пока, наконец, не ушел. Почему же я бросил учебу?

Все началось еще до моего рождения. Моя биологическая мать была молодой, незамужней аспиранткой и решила отдать меня на усыновление. Она настаивала на том, чтобы меня усыновили люди с высшим образованием, поэтому мне было суждено быть усыновленным юристом и его женой. Правда, за минуту до того, как я появился на свет, они решили, что хотят девочку. Поэтому посреди ночи позвонили другой семейной паре, которая стояла в очереди и которая впоследствии меня усыновила, и спросили: «Неожиданно родился мальчик. Вы хотите его?» Они сказали: «Конечно». Потом моя биологическая мать узнала, что моя приемная мать – не выпускница колледжа, а мой отец никогда не был выпускником школы. Она отказалась подписать бумаги об усыновлении. И только несколько месяцев спустя все же уступила, когда мои родители пообещали ей, что я обязательно пойду в колледж. И 17 лет спустя я пошел.

Но я наивно выбрал колледж, который был почти таким же дорогим, как и Стэнфорд, и все накопления моих родителей были потрачены на мое обучение. Через шесть месяцев я не видел смысла моего обучения. Я не знал, что я хочу делать в своей жизни, и не понимал, как колледж поможет мне это осознать. И вот, я просто тратил деньги родителей, которые они копили всю жизнь. Поэтому я решил бросить колледж, надеясь, что все как-нибудь устроится.

Я был поначалу напуган, но, оглядываясь сейчас назад, понимаю, что это было одним из моих лучших решений за всю жизнь. Когда я бросил колледж, я мог уже не посещать обязательные занятия и ходить лишь на те, которые казались интересными.

Не все было так романтично. У меня не было комнаты в общежитии, поэтому я спал на полу в комнатах друзей. Я сдавал бутылки «Coca-Cola» по 5 центов, чтобы купить еду, и ходил за семь миль через весь город каждый воскресный вечер, чтобы раз в неделю нормально поесть в храме кришнаитов. Это мне нравилось. И много из того, с чем я сталкивался, следуя своему любопытству и интуиции, оказалось позже бесценным.

Вот вам пример.

Reed College всегда предлагал лучшие во всей стране уроки по каллиграфии. По всему кампусу каждый постер, каждая этикетка на выдвижных ящичках были написаны каллиграфическим почерком от руки. Так как я отчислился и не брал обычных уроков, я записался на уроки по каллиграфии. Я узнал о шрифтах с засечками и без, о разных отступах между комбинациями букв, о том, что делает прекрасную полиграфию прекрасной. Она была красивой, как в старых книгах, по-настоящему утонченной, искусством, неуловимым для науки. И мне казалось это прекрасным. Я не надеялся, что когда-либо это сможет пригодиться мне в жизни. Но десять лет спустя, когда мы разрабатывали первый «Macintosh», все это пригодилось. И Мак стал первым компьютером с красивой полиграфией. Если бы я не записался на тот курс в колледже, у Мака никогда бы не было нескольких гарнитур и пропорциональных шрифтов. Ну а так как «Windows» просто скопировала шрифты с Мака, скорее всего, ни у одного персонального компьютера не было бы всего этого. Если бы я не отчислился, я бы никогда не записался на тот курс каллиграфии, и у компьютеров не было бы такой изумительной полиграфии, как сейчас.

Конечно, нельзя было соединить все точки воедино тогда, когда я был в колледже. Но через десять лет все стало очень-очень ясно.

Еще раз: вы не можете соединить точки, смотря вперед – вы можете соединить их, только оглядываясь в прошлое. Поэтому вам придется довериться тем точкам, которые вы как-нибудь свяжете в будущем. Вам придется на что-то положиться: на свой характер, судьбу, жизнь, карму – что угодно. Потому что уверенность, что все точки выстроятся в четкий путь, заставит вас слушать свое сердце даже в том случае, если вам покажется, что вы сбились с хорошо проторенной дорожки. Такой подход никогда не подводил меня, и он изменил мою жизнь.

ПРОНЬКО: Это первая история, которую рассказал Стив Джобс, выступая в 2005 году перед выпускниками Стэнфордского университета.

Эльдар Муртазин здесь, в московской студии «Финам FM». Памяти Стива Джобса посвящен сегодняшний «Сухой остаток»… Смотри, сложная судьба.

МУРТАЗИН: Сложная.

ПРОНЬКО: В чем он черпал силы, на твой взгляд?

МУРТАЗИН: Знаешь, я однажды прочитал очень интересную книгу, к сожалению, автора не помню, и там была фраза которая, мне было уже лет 16, мне врезалась в память: «Настоящий человек растет только под давлением». То есть, когда нет сложностей, которые можно преодолевать, роста нет. Иначе говоря, есть какое существование, которое всех устраивает и прочая-прочая, – но вот роста нет. Наверное, то, что жизнь его била достаточно сильно… Причем у нас в России очень часто, когда человек упал, его начинают добивать. Добивают больно, многие. И если он потом поднимается, тогда все меняется. То есть в России второй подняться практически нельзя.

Ведь у Стива Джобса в судьбе было предопределено то, что он упал однажды, когда фактически из его собственной компании его выкинули, выкинули на улицу, и это был очень сложный период. То есть, да, у него, возможно, были непростые отношения, но в какой-то момент, фактически, наемники решили, что они лучше будут управляться с «Apple», и забрали компанию. Это все равно, что у вас отнимают вашего ребенка, ваше детище. Вы спите и видите успех компании, вы несете какие-то вещи, которые для вас очень личные. Потому что не может быть работы, на которую вы тратите по 15 часов в сутки, не личной. И вас просто юридически, технически выкидывают, и вы ничего не можете делать. На ваших глазах ваше детище начинают уничтожать. Это очень больно наверняка. Никто не верил, что он вернется в «Apple», потому что «Apple», которую оставил Джобс, и «Apple», которую он получил в свой второй приход – это две разные компании. Компания «Apple» была на пике, когда ее отняли у Джобса, а когда он пришел, это была разрушенная компания, в которую больше никто не верил. Не верили, что будут продукты, не верили, что компания сможет восстать из пепла. Ни один человек не верил. Это касалось журналистов, это касалось всех. Все говорили ему, что, дескать, это ошибка, у тебя есть успешный бизнес, у тебя есть «Pixar» – зачем ты идешь туда? А он не мог не пойти, потому что это его работа, это его детище.

ПРОНЬКО: Это его ребенок.

МУРТАЗИН: Да, фактически. Что в этом человеке меня всегда изумляло, так это то, что он не боялся подбирать людей, которые не просто мыслили, как он. Мыслить с ним на одной волне крайне сложно, потому что другой жизненный опыт, другие установки. Но он подбирал очень сильных людей. Это была не зарплата. То есть он давал новые горизонты. В любой другой компании ты будешь винтиком. Здесь, да, ты тоже винтик, но как у винтика у тебя есть принципиально другой горизонт. Причем компания была жестко разделена, и сейчас это жесткое разделение действует. Почти параноидальная безопасность, которая вообще вошла в анналы. То есть когда Стив Джобс уже своим сотрудникам показывал какие-то устройства, он предпочитал, чтобы они были накрыты куском черной ткани. Потом как фокусник он ее откидывал и показывал, что там. Хотя некоторые видели это уже. То есть это такой элемент шоу. Но при этом – параноидальная служба безопасности, режим жесточайший. То есть люди, если смотреть на них вот в этой матричной структуре, это воинское подразделение, где никто ничего сказать не может. Утечек крайне мало, утечки снаружи, очень жесткие правила внутри. Там нет творчества. Это машина, которая создана для зарабатывания денег. И совершенно другие условия, если смотреть на людей, которых он выбирал, считая, что эти люди, единомышленники, они могут создать компанию. Это были принципиально другие отношения. Да, их тоже ставили в некоторые рамки в смысле безопасности, но они могли творить. Ресурсы компании были предоставлены им, для того чтобы они создавали нечто новое.

Вот как в одном человеке могли сочетаться два таких очень разных качества? С одной стороны, он жесткий бизнесмен, который ориентирован на успех любой ценой…

ПРОНЬКО: Он в первую очередь был бизнесмен, на твой взгляд?

МУРТАЗИН: На мой взгляд, в первую очередь он был шоуменом всегда. То есть это шоу.

ПРОНЬКО: Вот это для него было принципиально.

МУРТАЗИН: Нет, не само шоу, не шоу ради шоу. Ему хотелось, как мне кажется, я могу ошибаться, показать миру, что это может быть прикольно, та или иная вещь, технология может быть прикольной. Потому что никого не интересуют гигагерцы, мегагерцы, мегабайты – люди хотят получить удовольствие от чего-то, от развлечения, от устройства. И он давал им это развлечение.

Я часто привожу этот пример: как Джобс повлиял на обычных людей, которые не знакомы наверняка с ним?

Обычный магазин «Apple», «Apple Store», в Майами, чернокожий продавец, мой товарищ покупает второй «iPad». Причем покупал он «iPad» для CDMA, потому что других не было в городе, они только начали продаваться. Достает продавец две коробки, две последних коробки, и говорит: «Парень, ты точно хочешь его купить? У нас всего две коробки. Но он такой классный, его точно купят! Ты уверен? Потому что, может, кому-то он не достанется. Он такой классный!» Мой товарищ, конечно, загорается и говорит: «Конечно, я хочу купить». «А давай посмотрим». Открывает коробку – новенькое устройство, и продавец, как будто в первый раз увидев, говорит: «Вау, слушай, это настолько красиво!»

Это не техника продаж, потому что он уже заплатил за него, он уже взял, это его устройство. Но дальше идут 15 минут представления, когда ты начинаешь понимать и проникаться, что ты не просто так что-то купил, а это действительно классная, красивая вещь, которая тебе будет помогать. Это полностью противоречит продажам, там, в других странах, в других магазинах, когда ты пробиваешь устройство, тебе дают коробку, говорят спасибо и поворачиваются к следующему покупателю. Ты уже неинтересен, ты заплатил деньги. Здесь же – вот этот элемент шоу. Опять-таки, это бизнес структура, их не учили делать это. Но человек дошел своим умом, что клиент запомнит его и придет к нему в магазин. Возможно, этот продавец когда-то станет гениальным маркетологом или продавцом, но вот это субстрат, который возник, он позволяет самовыражаться в том или ином виде. Если внутри «Apple» все жестко зарегламентировано и самовыражаться нельзя –да, это правда, но в других компаниях точно так же. Просто до абсолюта доводились существующие на рынке принципы. Если мы берем, например, другую компанию – не буду называть – компьютерную компанию, она пытается придерживаться тех же самых принципов, но у них не хватает тех самых «яиц», чтобы довести их до абсолюта: если мы решили, что все наши продавцы ходят опрятные, значит, они ходят опрятные – но они не ходят так. Или другой пример: если мы решили, что никто не может ничего комментировать, значит, мы делаем так, чтобы никто не комментировал, вплоть до увольнения, преследования людей и прочая.

ПРОНЬКО: Ну, то есть жесткая система координат.

МУРТАЗИН: В «Apple» это жестко. В «Apple» это всегда было. Причем это было на уровне, знаешь, Юра, договоренности, правил игры. То есть вот мы создали правила игры – мы по ним играем. Чтобы не менять эти правила, мы должны их соблюдать.

ПРОНЬКО: Если согласен…

МУРТАЗИН: Если согласен – да.

ПРОНЬКО: Если не согласен – уходи.

МУРТАЗИН: Если не согласен, ты уходишь, все. Это простые правила.

ПРОНЬКО: Слушай, катастрофически, конечно, у нас времени не хватает… Памяти Стива Джобса сегодня посвящен «Сухой остаток», и здесь, в московской студии у нас Эльдар Муртазин, ведущий аналитик «Mobile reseach group». Я не хочу ему петь дифирамбы, но он лучший аналитик по этому сектору в нашей стране.

МУРТАЗИН: Спасибо.

ПРОНЬКО: Давайте, мы вот что сейчас сделаем. Послушаем вторую историю, о любви и потере, и затем к нам присоединится еще один наш собеседник, по телефону – Иван Засурский, заведующий кафедрой новых медиа и теории коммуникаций факультета журналистики МГУ, главный редактор интернет-издания «Частный корреспондент».

Вторая история от Стива Джобса

Моя вторая история – о любви и потере.

Мне повезло – я нашел то, что я люблю по жизни делать, довольно рано. Воз (Стив Возняк) и я основали «Apple» в гараже моих родителей, когда мне было 20. Мы усиленно трудились, и через десять лет «Apple» выросла из двух человек в гараже до компании с доходом в два миллиарда долларов и штатом из 4000 работников. Мы выпустили наше самое лучшее создание – «Macintosh» – годом раньше, и мне только-только исполнилось 30. А потом меня уволили. Как вас могут уволить из компании, которую вы основали? По мере роста «Apple» мы нанимали людей, которых я считал очень талантливыми в деле управления компанией, и первые несколько лет все шло хорошо. Но потом наше видение будущего стало расходиться, и мы, в конечном счете, поссорились. Совет директоров был не на моей стороне. Поэтому в 30 лет я был уволен. Причем скандально. То, что было смыслом всей моей жизни, пропало. И это было ужасно.

Я не знал, чего делать, несколько месяцев. Я чувствовал, что я подвел предыдущее поколение владельцев компании – что я уронил эстафетную палочку, когда мне ее передали. Я встречался с Дэвидом Паккардом и Бобом Нойсом и пытался извиниться за то, что натворил. Это было скандальным провалом, и я даже думал о том, чтобы убежать куда подальше. Но медленно ко мне пришло осознание – я все еще любил то, что делал. События в «Apple» никак не отразились на моей любви. Я был отвергнут, но я все еще любил. И, в конце концов, я решил начать все сначала.

Тогда я этого не понимал, но оказалось, что увольнение из «Apple» было лучшим, что могло произойти со мной. Бремя успешного человека сменилось легкомыслием начинающего, менее уверенного в чем бы то ни было. Я освободился и вошел в один из самых творчески насыщенных периодов своей жизни.

В течение следующих пяти лет я основал две компании «NeXT» и «Pixar» и влюбился в удивительную женщину, которая стала в дальнейшем моей женой. «Pixar» создал самый первый компьютерный анимационный фильм, «История игрушек», и является теперь самой успешной анимационной студией в мире. В результате невероятного стечения обстоятельств, «Apple» купила «NeXT», я вернулся в «Apple», и технология, разработанная в «NeXT», стала сердцем нынешнего возрождения «Apple». А мы с Лорен создали замечательную семью.

Я совершенно уверен, что ничего из этого не случилось бы, если бы меня не уволили из «Apple». Лекарство было горьким, но пациенту оно помогло. Иногда жизнь бьет вас по голове кирпичом. Не теряйте веры. Я убежден, что единственное, что помогло мне продолжать работать, была моя любовь к делу. Вам надо найти то, что вы любите. И это так же верно для работы, как и для отношений. Ваша работа заполнит большую часть жизни, и единственный способ быть полностью довольным – делать то, что, по-вашему, является большим делом. И единственный способ делать великое дело – любить то, что вы делаете. Если вы еще не нашли своего дела, ищите. Не останавливайтесь. Как в любви: вы узнаете, что вы ищете, когда найдете. И, как любые хорошие отношения, они становятся только лучше и лучше с годами. Поэтому ищите, пока не найдете. Не останавливайтесь.

ПРОНЬКО: Стив Джобс, 2005 год, его выступление перед выпускниками Стэнфордского университета. Это «Сухой остаток», «Финам FM», здесь у нас, в студии, Эльдар Муртазин.

Слушай, я теперь понимаю то, что ты сказал про яйца. Вот из этой истории второй все становится ясно. Вот его слова о том, что падая – вставайте, ищите себя. Мне представляется, для нас, как это ни странно, может быть, звучит, потому что, да, он американец, он создал свой бизнес там, для нас, для россиян, это очень важно, принципиально вот в этой нашей нынешней ситуации.

МУРТАЗИН: Ты знаешь, я скажу так. Неважно, где он, неважно, в Америке, в России – фактически, тот урок, который он преподает всем нам, он общемировой, он межнациональный. Да, Стив Джобс – это продукт американской культуры, безусловно, многие эти вещи неприменимы здесь. Но в его личной характеристике каждый человек может для себя найти то, чему стоит подражать. То есть, фактически если говорить и называть кого-то учителем, то для многих людей он может быть учителем. Учителем того, как верить в себя, как не бояться ошибаться, как получать пощечины от тех, кто раньше работал с тобой, и идти дальше. При этом не держать в себе ненависти – это самое главное: не ненавидеть этих людей, не пытаться разрушить то, что они делают, или, там, противодействовать им, а бороться, но бороться по-другому – делать свою работу лучше, каждый момент своей жизни посвящать тому, чтобы делать то, во что ты веришь, лучше. Вот это главное.

ПРОНЬКО: Он не кривил душой, то есть он такой и был, не показной.

МУРТАЗИН: Да, это правда, не показной. За что многие любили или не любили Джобса? За то, что он влезал в каждый продукт компании, и он создавал каждый продукт в первую очередь в своем понимании о том, что это такое, как это будет хорошо. «Apple» никогда не ориентировалась на массовый        рынок. Они давали продукт, который они считали качественным. Если он воспринимался хорошо внутри «Apple», не было вот этих бесконечных исследований компании: почему вы нас любите, почему вы нас не любите, что вы хотите?.. Нельзя так беседовать с людьми – люди не знают, чего они хотят. Они хотят неожиданного, они хотят получить удовольствие…

ПРОНЬКО: Они хотят чуда!

МУРТАЗИН: …Да, они хотят, чтобы их развлекали. И он умел, как фокусник, достать из шляпы зайца и показать, что вот все думали, что это заяц – да, это заяц, но он другой. И вот, посмотрите, это чудо – простой пример. Про продукты мы сегодня не говорим, но – 2001 год, компания «Microsoft» создает планшетные компьютеры: с 2001 года до появления «iPad» вышло больше ста моделей – никто не помнит ни одной из этих моделей, мало кто помнит спецификации. И только в будущем году «Microsoft» обещает вернуться на рынок с некими моделями, которые смогут бороться с «iPad». При этом они дружили с Биллом Гейтсом. Они были друзьями, конкурентами, они работали в одних областях все это время. И Стив Джобс сказал следующую вещь: «Microsoft» – это технологически очень мощная компания, у них есть деньги, у них есть все. Но им не хватает чувства вкуса».

ПРОНЬКО: У Джобса это было.

МУРТАЗИН: Это было.

ПРОНЬКО: Данное богом.

МУРТАЗИН: Это чувство вкуса, привитое, я не знаю, к хорошим вещам, к хорошему сочетанию цветов.

ПРОНЬКО: Но, понимаешь, это либо есть, либо этого нет.

МУРТАЗИН: Либо этого не дано, да. Но, понимаешь, если у тебя этого нет, и ты это понимаешь, ты можешь нанять людей, у которых это есть. И Джобс не был никогда гениальным дизайнером, он никогда не рисовал устройства – он никогда не пытался их нарисовать. У него есть Джонатан Ив, который занимается дизайном устройств, и этот дизайн считают иконой, иконой стиля, в первую очередь. То есть Джобс нашел человека со вкусом, и он делегировал ему полномочия, он сказал: «Вот, это твоя вотчина, ты можешь творить все, что ты хочешь».

ПРОНЬКО: Открытый эфир, 21 час 40 минут в Москве, это «Сухой остаток» на «Финам FM», полностью посвященный памяти действительно выдающегося человека, гения – Стива Джобса, который завершил свою земную жизнь… Я человек верующий, я этого не скрываю, и я думаю, что Джобс заслужил перед господом самое лучшее, что может дать бог, потому что Стив Джобс изменил наш мир, реально изменил. Как сказал Эльдар, были у него и враги, были оппоненты. Сегодня все о нем говорят теплые слова, да?

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: Но факт жизни – он сложнее, он значительно сложнее. И у нас есть еще третий – принципиальный, кстати! – кусок, третья история, которую поведал выпускникам Стэнфордского университета Стив Джобс, это история про смерть. Там есть ключевые слова. Мы это обязательно с вами послушаем, но, пожалуйста, мы принимаем ваши звонки. Я просто хочу в интерактивном режиме с вами поработать. 65-10-99-6 (код Москвы – 495), эфир открытый, высказывайтесь.

И я сейчас к нашему разговору присоединю мою коллегу Наташу Метлину… Наташа, здравствуй еще раз.

МЕТЛИНА: Юра, добрый вечер. Спасибо огромное, что ты меня пригласил в свой эфир.

ПРОНЬКО: Да, когда мы с тобой сегодня пообщались, я понял, что ты должна быть у меня в эфире. Здесь у меня Эльдар Муртазин.

МЕТЛИНА: Добрый вечер, Эльдар.

МУРТАЗИН: Добрый вечер.

ПРОНЬКО: Наташа, вот ты мне рассказала про сына. Я хочу, чтобы ты коротко – у нас времени, ты знаешь, никогда не бывает много – цельно долбанула. Вот ты мне рассказала историю про своего старшего сына – расскажи всем, чтобы все об этом знали.

МЕТЛИНА: На самом деле, не то что это история. Мой сын – это такой не то чтобы конкретный персонаж, а это человек, который, на мой взгляд, олицетворяет какие-то чаяния и настроения молодежи, постольку поскольку ему 21 год, он заканчивает Московский государственный университет, и он, также как и многие ребята из его поколения, стоит на каком-то распутье определенном. Потому что те, кто 20-30 лет назад заканчивал, даже 10 лет назад, высшие учебные заведения, имел перед собой определенные идеологические ориентиры. А сейчас некое такое состояние – мы живем, не чуя под собой страны. И главное – что у этих молодых людей нет ориентиров, каких-то человеческих образцов, на которые они хотели бы быть похожими. Вокруг шестисотые мерседесы, вокруг государственные чиновники, как сказал твой гость сегодня, «большие любители российского бюджета». И молодые люди, соответственно, хотят стать, может быть, чиновниками, чтобы тоже примкнуть к этой кормушке. Но вот, ты знаешь, интересно, что два года назад мой сын мне сказал: «Слушай, ты знаешь, кто такой Стив Джобс?» Я говорю: «Ты знаешь, я не очень себе представляю». Он говорит: «Я хочу показать тебе одно видео». И он мне показал вот эту стэнфордскую речь 2005 года. Честно говоря, она меня потрясла… Сегодня без десяти восемь я разбудила своего сына: «Сынок, вставай, Стив Джобс умер». И он проснулся и говорит: «Как?!»

Я не могу сказать, что для него это какая-то такая человеческая драма, но этот человек вот в этой своей речи – почему мы ее и вспоминаем сегодня активно – дал некий наказ и дал некий пример молодому поколению, как он, пройдя такой достаточно непростой путь от усыновленного ребенка, без имени, без судьбы, без племени, не зная ни своих истоков-корней, из своего таланта, ума и необыкновенной какой-то одаренности сделал фантастическую совершенно карьеру. И он, по большому счету – я скажу сейчас, в общем-то, ключевую фразу, которую ты от меня, наверное, ждешь – стал героем нашего времени. Это редкое качество для человека, имевшего – уже, к сожалению, мы говорим о нем в прошедшем времени – фантастическое благосостояние. Когда я сегодня смотрела его фотографии, в том числе фотографии его поместья в одном из американских штатов – это было скромнейшее какое-то шале, таких миллион в Подмосковье, и это явно принадлежит людям не самого большого достатка. И там рядом на асфальте лежал человек, немолодой человек, который писал мелом: «Стив, ты сделал нашу жизнь легче».

Мне кажется, что он еще очень долго будет жить в головах…

ПРОНЬКО: То есть неважно, в какой стране ты живешь – Джобс это пример для молодых. Реальный пример для молодых.

МЕТЛИНА: Да, реальный. И я хотела сказать, что, как это ни парадоксально, среди нашей олигархии людей, которые способны вот таким образом, своим примером, выходя к аудитории в потрепанных джинсах, в каких-то там дурацких кедах и водолазке, своим демократизмом абсолютным и свои пренебрежением вот к этому лоску, к этим брендам и вот к этой роскошной жизни, которая на самом деле гроша ломаного не стоит… Он показал нам пример, и мне кажется, что вот эту речь нужно посмотреть следователю Дмитриевой, арестованной по подозрению в вымогательстве миллионов каких-то.

Мне кажется, нам всем надо это перечитать и очень внимательно к этому отнестись. Потому что это не простой человек ушел – ушел какой-то, может быть, не документ эпохи, но ушел человек с каким-то таким месседжем для будущего. Это человек будущего, хотя и его уже нет с нами.

ПРОНЬКО: Наташа, спасибо тебе большое… Наталия Метлина, моя коллега, автор программы «Своими словами», рассказала нам о своем сыне, о своих взглядах на то, что делал Стив Джобс.

Эльдар, что скажешь? Герой нашего времени?

МУРТАЗИН: Да. Почему нет? То есть, сегодня у нас, если убрать Голливуд с глянцевыми героями и героинями, это реальный, обычный человек, который стал не просто поп-идолом. Он не певец, он не артист, он не актер, в которого вкачивают миллионы – это человек, создавший себя сам, с нуля, это человек, последовательно прошедший через разное в жизни. К концу жизни он подошел с таким багажом, что его теперь знают на всей планете, фактически. То есть, люди знают о нем или сталкивались с его техникой. То есть это самая известная персона на планете. Если брать сегодня даже Папу Римского – он менее известен, чем Стив Джобс, опосредованно, через продукты и прочие вещи. Если брать какого-нибудь певца, поп-идола, он тоже менее известен. Более того, ни один певец, ни один религиозный деятель, к счастью или к сожалению, не повлиял так на наши жизни и не изменил наши жизни. То есть вот это визионерство, которое было, его не отнять, оно фактически поменяло индустрию. Всегда задавали планку, и за этой планкой уже шлир другие компании. Времена были разными, но удивительно то, что один человек смог создать нечто настолько большое – это больше, чем его жизнь.

Мы будем много говорить в ближайшие годы и про Джобса и про его наследие, появится много фильмов, книг. Это явление. То есть таких людей не очень много. В современной истории я не могу назвать аналогичных по калибру людей, тех, кто мог бы выступать, понимаешь, не показушно говорить. Очень часто люди говорят, что, дескать, я очень успешен, я делаю вот то, се, третье, десятое. Но он этого никогда не показывал – он просто делал то, что считал должным, и не боялся за последствия.

ПРОНЬКО: Вот сейчас давайте, мы послушаем третью, заключительную часть, третью историю Стива Джобса, которую он рассказал выпускникам Стэнфордского университета в 2005 году, это история про смерть.

Третья история от Стива Джобса

Моя третья история – про смерть.

Когда мне было 17, я наткнулся на цитату – что-то вроде этого: «Если вы живете каждый день так, как будто он последний, когда-нибудь вы окажетесь правы». Цитата произвела на меня впечатление, и с тех пор, уже 33 года, я смотрю в зеркало каждый день и спрашиваю себя: «Если бы сегодняшний день был последним в моей жизни, захотел ли бы я делать то, что собираюсь сделать сегодня?» И как только ответом было «нет» на протяжении нескольких дней подряд, я понимал, что надо что-то менять.

Память о том, что я скоро умру – самый важный инструмент, который помогает мне принимать сложные решения в моей жизни. Потому что все остальное, чужие ожидания, вся эта гордость, весь страх перед позором или провалом – все эти вещи отступают перед лицом смерти, оставляя лишь то, что действительно важно. Память о смерти – лучший способ избежать ловушки, в которую вас загоняют мысли о том, что вам есть что терять. Вы уже голый. У вас больше нет причин не идти на зов своего сердца.

Около года назад мне поставили диагноз: рак. Мне пришел скан в 7.30 утра, и он ясно показывал опухоль в поджелудочной железе. Я даже не знал, что такое поджелудочная железа. Врачи сказали мне, что этот тип рака практически со стопроцентной вероятностью неизлечим, и что мне осталось жить не больше трех-шести месяцев. Мой доктор посоветовал пойти домой и привести дела в порядок (что на языке врачей означает – приготовиться к смерти). Это значит попытаться сказать своим детям все то, что собирался сказать в течение 10 лет, за несколько месяцев. Это значит убедиться в том, что все завершено, подготовить семью, насколько это возможно. Это значит попрощаться.

Я жил с этим диагнозом весь день. Позже вечером мне сделали биопсию – засунули в горло эндоскоп, пролезли через желудок и кишки, воткнули иголку в поджелудочную железу и взяли несколько клеток из опухоли. Я был под наркозом, но моя жена, которая там была, сказала, что когда врачи посмотрели клетки под микроскопом, они были в шоке, потому что у меня оказалась очень редкая форма рака поджелудочной железы, которую можно прооперировать. Мне сделали операцию, и теперь со мной, слава богу, все в порядке.

Смерть тогда подошла ко мне ближе всего, и, надеюсь, ближе всего на следующие несколько десятков лет. Пережив это, я теперь могу сказать следующее с большей уверенностью, чем тогда, когда смерть была полезной, но чисто абстрактной концепцией.

Никто не хочет умирать. Даже люди, которые хотят попасть в рай, не хотят умирать, чтобы туда попасть. И все равно, смерть – пункт назначения для всех нас. Никто еще не смог избежать ее. Так и должно быть. Потому что смерть – наверное, самое лучше изобретение жизни. Она – причина всех перемен в жизни. Она расчищает старое, чтобы открыть дорогу новому. Сейчас новое – это вы. Но когда-то (не очень-то и долго осталось) – вы станете старым, и от вас избавятся. Простите за такой драматизм, но это правда. Ваше время ограничено, поэтому не тратьте его на то, чтобы прожить чью-то чужую жизнь. Не попадайте в ловушку догмы, которая учит жить в соответствии с мыслями других людей. Не позволяйте шуму чужих мнений перебить ваш внутренний голос. И самое важное – имейте храбрость следовать своему сердцу и интуиции. Они каким-то образом уже знают то, кем вы хотите стать на самом деле. Все остальное второстепенно.

Когда я был молод, я прочитал удивительную публикацию – «Каталог всей Земли», которая была одной из библий моего поколения. Ее написал парень по имени Стюарт Бренд, со свойственной ему поэтичностью, живущий тут неподалеку, в Менло Парк. Это было в конце шестидесятых, до появления персональных компьютеров и настольной издательской системы, поэтому она была сделана с помощью пишущих машинок, ножниц и полароидов. Что-то вроде «Google» в бумажной форме, за 35 лет до появления «Google». Публикация была идеалистической, переполненной полезными инструкциями и большими идеями. Стюарт и его команда сделали несколько выпусков «Каталога всей Земли» и, в конце концов, издали последний номер. Это было в середине семидесятых, и я был как раз вашего возраста. На последней странице обложки была фотография загородной дороги ранним утром, вроде той, на которой вы, быть может, ловили машины, если любите приключения. Под ней были такие слова: «Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными». Это было их прощальное послание.

Оставайтесь голодными, оставайтесь безрассудными. И я всегда желал себе этого. И теперь, когда вы оканчиваете институт и начинаете новую жизнь, я желаю этого вам.

Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными.

Всем большое спасибо.

ПРОНЬКО: Стив Джобс, 2005 год, Стэнфордский университет, звук мы взяли с You Tube… Слушай, потрясающее чувство юмора и потрясающее мужество!

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: Вот этот вот фрагмент.

МУРТАЗИН: Но, ты знаешь, мне кажется, что очень многие люди опускают руки и считают, что, действительно, это финальный пункт назначения, и можно уже ничего не делать. Знаешь, это проявляется в мелочах, мне кажется. Если у тебя есть жизненная философия, установки, как ты живешь, которые та сам для себя создал, ты живешь в соответствии с ними до последнего дня.

Я приведу не такой драматический пример – простой, обыденный пример из жизни.

Одна крупная транснациональная компания, небольшой отдел, два менеджера примерно одинаковой позиции уходили в другие компании, увольнялись с разницей в несколько дней. Один менеджер до последнего дня отвечал на все вопросы, работал с клиентами, то есть был на посту до последней минуты и даже потом. А другой сказал: «Вы знаете, я через две недели увольняюсь, и это меня уже не касается, я не хочу этого делать». И вот эта разница – она видна: это разница в жизненной установке. Одному человеку все это было не нужно просто, а другой человек выполнял свою работу, знаешь, стоял на посту до конца, пока мог.

Тут нет драматизма – это обычная жизнь, это обычные дела. Но вот из этой обычной жизни, из обычных дел и складывается нечто большое. Плюнуть или намусорить в подъезде или дойти все-таки до мусорки? Это обычное дело, но оно выливается в мусор на наших улицах. То есть, возможно, в этой речи Стива Джобса много драматизма, и люди не воспринимают этого, но он имел право это сказать, в его ситуации. И когда мы сейчас это слушаем, это сродни, знаешь, некому кинофильму: кто-то всплакнет, кто-то прочувствует, но очень трудно это перенести на себя, на реальную жизнь. Но это можно сделать. Надо просто задуматься: а как быть с собой, что сделать для того, чтобы быть собой и думать своей головой? Думать своей головой непросто.

ПРОНЬКО: Давай послушаем звонки… У нас, правда, две с половиной минуты всего осталось, но я обещал вам, давайте – ваши мысли, высказывания, открытый эфир. Только единственная просьба – лаконично.

Добрый вечер, вы в эфире, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, меня зовут Алина.

ПРОНЬКО: Да, Алина, слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Я, во-первых, хотела бы вам сказать большое спасибо за то, что у меня сегодня была возможность послушать стэнфордскую речь Стива Джобса, я ее никогда не слышала. И, честно говоря, мысли были совсем другие, после того как я послушала все три куска. У меня поменялся характер вопроса и вообще отношение к сегодняшнему дню, к компании «Apple», к Стиву Джобсу. Огромное вам спасибо.

А задать я бы хотела вот какой вопрос. Эльдару, наверное, да? Поскольку он ваш сегодняшний гость.

ПРОНЬКО: Да-да-да.

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос это немножко не касающийся Джобса… Хотя почему не касающийся? «Apple» и Джобс, мне кажется, вещи почти неразделимые.

Какой вы видите дальнейшую жизнь компании? То есть вот сегодня было сообщение, что акции «Apple» поднялись после известия о смерти. Какой еще может быть харизматичный лидер у компании?..

МУРТАЗИН: Понял вопрос, времени очень мало, спасибо большое.

ПРОНЬКО: Да, Алина, спасибо большое.

МУРТАЗИН: Отвечаю. Компания будет жить хорошо, потому что величие этого человека заключается в том, что он знал, что он умрет, и он подготовил себе преемника. То есть то, как он работал, он сделал фактически бизнес-методикой. Он пригласил людей из Гарварда, которые описали алгоритмы работы Джобса, и Джобс оставил эти алгоритмы внутри «Apple». Это их бизнес преимущество: Джобса сегодня не существует… Вот если бы можно было создать искусственный интеллект, он бы перенес себя в машину фактически. А сейчас это некие бизнес-алгоритмы, и преемник, проработавший в компании 14 лет, Тим Кук, последние два года, это не очень известный факт, фактически руководил компанией. Не публично, его назначили только в августе этого года. Но Джобс понимал, что ему придется уйти, и он отпустил. То есть, это тоже его характеризует. Многие люди в его положении держатся и не могут отпустить. Он же нашел в себе сил, чтобы своего «ребенка» отпустить.

ПРОНЬКО: Ну, давай примем еще пару звонков… Добрый вечер, вы в эфире, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Иван. Здравствуйте. Я считаю, что этот человек действительно изменил мир, изменил наше восприятие, многое из того, что мы сейчас видим, создано им. Вот я вспоминаю себя, и понимаю, что для меня Стив Джобс, так или иначе, указал в свое время смысл жизни и цели в жизни. Мне кажется, то же произошло с миллионами людей во всем мире.

ПРОНЬКО: Спасибо… То, о чем ты говорил: учитель, да?

МУРТАЗИН: Да.

ПРОНЬКО: Наше время вышло. Эльдар, тебе спасибо…

МУРТАЗИН: Спасибо, Юра.

ПРОНЬКО: …Что нашел время… Сегодняшняя программа «Сухой остаток» была посвящена памяти действительно выдающегося человека – Стива Джобса.

0 0 vote
Article Rating
Спец-2021.-В-контенте
Подписаться
Уведомлять о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments