В период кризиса в России, как и везде, растут цены. Почему так происходит, и кто в этом виноват, в студии программы "Судите сами" обсуждают те, кто определяет формирование цен и кто призван со стороны государства следить за ценообразованием. Третья часть

Смотреть первую и вторую части. 

М.ШЕВЧЕНКО: Это программа "Судите сами". Мировой экономический кризис развивается, и вместе с ним развиваются негативные тенденции, которые касаются каждого из нас. Сегодня Россия – часть мировой экономики, и поэтому общий рост цен, который наблюдается и во всем остальном мире, касается и сегодня нас с вами, граждан Российской Федерации. Поэтому сегодня мы говорим о том, как обуздать в связи с мировым экономическим кризисом рост цен на предметы первой необходимости, прежде всего на лекарства и продукты питания. И мы продолжаем наш разговор с вопроса к губернатору Ставропольского края Валерию Гаевскому. Валерий Леонидович, я позволю себе процитировать президента России Дмитрия Медведева, который, непосредственно обращаясь к губернаторам, сказал дословно следующее: "Задача губернаторов – разобраться с тем, чтобы те надбавки, которые они используют и по импортным препаратам – речь идет о фармакологии – и по нашим препаратам находились в каких-то разумных рамках. Если они этого не сделают, — грозно сказал президент, — будут разбираться правоохранительные органы", — это он обещает, Дмитрий Медведев. Вы услышали то, что сказал президент?

В.ГАЕВСКИЙ: Да, я это услышал, и ситуация, действительно, перезрела. Миллиарды в последние годы, в том числе и по нацпроекту, вкачаны в здравоохранение. Но когда мы проводим соцопросы населения, оно все больше и больше недовольно ситуацией в нашем здравоохранении – и тем, как лечат, и тем, как мы обеспечиваем лекарствами, хотя, может быть, в последний год ситуация выравнивается. И поэтому нам, действительно, дано право посмотреть и решить с надбавками. У нас в крае это в пределах 10-15%, но ситуация сейчас очень сложная. Ведь, действительно, 80%, как мы слышали, закупается из-за рубежа. Доллар вырос, следовательно, цены опять поползут вверх. Точно так, как и половина нашего обеденного стола, потому что половина продовольствия покупается за рубежом.

М.ШЕВЧЕНКО: И в Ставропольском крае тоже? – хочется спросить.

В.ГАЕВСКИЙ: Слава Богу, меньше – там процентов, наверное, 30. И мы, действительно, серьезно взялись за эту тему, для того чтобы выстроить ситуацию, чтобы этот резкий скачок не сказался на населении, особенно на наименее обеспеченном населении, особенно на пенсионерах, ветеранах и тех людях, которые нуждаются в нашей помощи.

М.ШЕВЧЕНКО: Господин Кривошеев, а как это сказалось на наличии лекарств в аптеках?

С.КРИВОШЕЕВ: Вы знаете, наличие лекарств в аптеках – это очень хороший вопрос. Мы сейчас коснулись вопроса наценки, и я вижу, коллеги очень живо сразу этот вопрос восприняли. Вопрос заключается в том, что на сегодняшний день фармацевтика – одна из самых очень четко регламентированных актами и законами вещей. Вопросы, связанные с региональными наценками, очень четко прописаны в каждом регионе. И я полностью соглашусь, что в Ставрополе она такая-то, в Москве она такая-то, в Мурманске она такая-то и так далее, и так далее. И нет никакого права у аптечной сети, даже самой крупной, находящейся в 20-30 регионах, повышать эту часть.

М.ШЕВЧЕНКО: Но, хорошо. А не приведет ли это к тому, что закупочные цены на импортные лекарства могут превысить те цены, по которым вы будете вынуждены продавать это людям? Не разоритесь ли вы?

С.КРИВОШЕЕВ: Я уже сказал про тему импортозамещения на сегодняшний день: мы, действительно, способны на наших отечественных заводах, на отечественном нашем сырье, на отечественных наших линиях производить отечественные медикаменты. Это первая позиция. Вторая позиция очень интересная. Например, есть такое понятие как собственная торговая марка. Я думаю, что и вы, как потребители, и многие коллеги, сидящие здесь в зале, видели, что такое "PrivateLabel", или собственная торговая марка. То есть это продукты на базе отечественного сырья, на отечественных заводах, которые восполняют некоторые линейки иностранного производства. Тем самым происходит а) невымывание товара, б) повышение качества отечественного товара, которое мы видим на сегодняшний день. Это полностью приветствуется сейчас в фармацевтике и вообще в сетях.

М.ШЕВЧЕНКО: Вы знаете, здесь мы на самом деле формулируем проблему, которая выходит за рамки только фармацевтической отрасли. Потому что слышится одно и то же: если в России будут больше производить, то цены будут ниже, правильно мы понимаем эту проблему?

ЛИЛИЯ ЩУР-ТРУХАНОВИЧ, заместитель директора департамента государственного регулирования внутренней торговли Министерства промышленности и торговли РФ: Я думаю, нам нужно развивать не только производство. Мы уходим от темы, что нам нужно развивать торговлю. Ведь на самом деле у нас иногда возникает дисбаланс интересов за счет того, что производство не имеет необходимых торговых площадок. И весь акцент нужно делать не только на производстве, не только на одном звене этой цепи, но и на втором. Потому что это производство, которое растет, которое развивается, которое дотируется государством, должно иметь площадку, на которую оно придет. Там, где будет формироваться здоровая конкуренция, где одна торговая сеть сможет конкурировать с автономным торговым объектом, сможет конкурировать с рынком.

М.ШЕВЧЕНКО: А что этому мешает сегодня?

Л.ЩУР-ТРУХАНОВИЧ: А на сегодняшний день у нас на развитие торговли, собственно, и не обращалось внимание государства. Давайте обозначим очень четко, что вторая проблема, которая прозвучала в Давосе после энергобезопасности, — это тема продовольственной безопасности. Продовольственная безопасность для России – это огромное количество импортных продовольственных товаров, это низкая производительность собственная. Что это означает в будущем? Это путь к тому, чтобы мы стали банановой плантацией, чтобы мы работали на чужого дядю, ели эти бананы. Я думаю, что такое будущее не устраивает никого. Поэтому мы сегодня предлагаем, что закон урегулирования торговли должен установить равные правила. Речь не идет о том, что нужно принизить торговые сети – нет. Имеется в виду, что нужно ограничить те самые бонусы, которые в народе просто называются откатами. Нужно запретить те входные платные билеты за полку, за рекламную акцию. Например, "Дымов" в год платит 150 миллионов только за информационную политику.

М.ШЕВЧЕНКО: Вы считаете, это невозможно?

С.КРИВОШЕЕВ: Я хочу сказать одну вещь. Мы работаем на рыночных условиях только 20 лет. Мы только сейчас начали разбираться в том, что такое производство, что такое дистрибуция, а что такое розничная сеть. И вот сейчас мы говорим о том, кто лучше, кто важнее, у кого больше или кому нужно. Вопрос заключается в том, что в мире уже давно очень четко регламентировано: производитель делает свою часть задачи, дистрибьютор или логистический оператор делает свою часть задачи и получает за это свою позицию, розничные получают свою позицию, так называемую бэк-маржу или сервисное управление. Они очень четко разделены на каждом сегменте.

И.ЯРОВАЯ: Если не будет производства, ничего не будет – вы же согласились с этим.

С.КРИВОШЕЕВ: Я согласен. Если мы очень четко регламентируем тему производства, импортозамещения, начало цены и конец цены, мы очень четко будем видеть в каждом сегменте, кто и сколько зарабатывает.

М.ШЕВЧЕНКО: Знаете, у меня вопрос такой есть. Как это происходит в мире? У меня такое ощущение, что мы собрались на нашем дворе, знаете, как это в России принято? Говорим, вот у нас не так. Как это происходит в мире, Георгий? Вы же наверняка знаете.

Г.БОВТ: Значит, можно пойти путем "запретить-ограничить", можно пойти путем "поощрять". Есть налоговые методы, есть методы чисто экономические – поощрение инвестиций – они везде работают. Индусы, которые создали фармацевтический рынок, они занимались не только импортозамещением, они занимались экспортоориентированным курсом создания фармацевтической промышленности. Потому что можно, конечно, запретить врачам выписывать дорогие импортные лекарства, что сейчас и происходит на негласном уровне, но можно создать и поощрять создание своих препаратов, которые конкурировали бы на внешнем рынке.

Д.МИХАЙЛОВА: Я не возражаю, что нужно возрождать отечественную фармпромышленность. И глубокое заблуждение многих наших обывателей, которые считают, что наша фармпромышленность кроме зеленки, йода и бинтов ничего не может производить. Крупнейшие наши производители на сегодняшний день вплотную подошли к производству высокотехнологичных и инновационных препаратов, которые по качеству не уступают зарубежным. И это подтверждают клинические исследования, которые проводятся в крупнейших клиниках.

М.ШЕВЧЕНКО: А когда они поступят в аптеки?

Д.МИХАЙЛОВА: Они уже на сегодняшний день есть у нас на рынке.

В.ФАДЕЕВ: По поводу иностранного опыта. Я хочу обратить внимание, что во всех развитых странах дотируется производство сельхозпродукции. Это, на самом деле, происходит вследствие того, что торговля, дистрибуция перетягивают на себя слишком много денег и слишком много рыночных сил. Они вынуждены с этим мириться. Но для того, чтобы не загубить своего производителя, дают ему дополнительные деньги.

Г.БОВТ: Тот же Евросоюз кошмарные деньги вкладывает в хозяйственный сектор.

В.ФАДЕЕВ: Это тот самый баланс, который находится между торговлей, производством и государством.

М.МАМИКОНЯН: Я хочу сказать об этом балансе. Пример. Крупнейший аграрный холдинг, занимается птицеводством, свиноводством, глубокой переработкой. Получил государственных денег в виде субсидированной ставки – я не весь кредит беру, только те деньги, которые из бюджета, кармана всех жителей и покупателей ушли на то, чтобы государство помогло, содействовало этому лидеру отрасли. В совокупности сумма поддержки за прошлый год составила 1 миллиард 200 миллионов. Около миллиарда рублей эта организация заплатила за бонусы, за маркетинг, за продвижение своего товара в сетях. Эти деньги, которые по национальным проектам и по поддержке тех производителей, о которых вы все ратуете, они переплывают туда. Теперь конкретное предложение…

М.ШЕВЧЕНКО: Секундочку, господа. Прежде чем мы придем к конкретным предложениям мне хотелось бы задать вам вопрос, потому что мы уже много что сегодня тут рассказали телезрителям. Все-таки, как сделать так, чтобы и торговые сети не разорялись, потому что без них, естественно, мы не сможем ничего покупать, и цены не галопировали? Чтобы на самом деле в этой цепочке, которая связывает всех, свой интерес находили все – и производители, и продавцы, и мы, покупатели. Я с этим вопросом обращусь сначала к Татьяне Рыбаловой.

ТАТЬЯНА РЫБАЛОВА, ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка: Прежде всего, с моей точки зрения, нужно повышать производительность по всей товарной цепочке, в том числе, — и по распределительной цепочке. Ведь у нас сегодня неэффективен не только производитель и сельхозпроизводитель, но и те же торговые сети. Если мы посмотрим, в иностранных сетях наценка гораздо ниже, а наши сети страдают от того, что не перенимают эти технологические процессы.

М.ШЕВЧЕНКО: Понятно, будем перенимать. Спасибо. Господин Хасис, ваше предложение, очень кратко.

Л.ХАСИС: Я считаю, что, конечно, любое регулирование рынка приведет к росту цен. Мне странно, что некоторые представители "Единой России" выступают за рост цен розничных и за прибыльность поставщиков. Я считаю, что прибыль поставщиков, конечно, повышать надо, но не путем роста розничных цен.

В.ГАЕВСКИЙ: Нужны ясные правила игры. Нужен закон о регулировании торговли. И дело наладится.

В.ФАДЕЕВ: Но то, что очень правильно – не регулирование цен, а регулирование торговли. Регулирование отношений между субъектами рыночного хозяйства – это очень важное дополнение.

М.ШЕВЧЕНКО: Что в этом законе должно быть?

И.ЯРОВАЯ: Я хотела бы сказать господину Хасису, что "Единая Россия" сегодня выступает за снижение цен. И мы видим свою задачу…

Л.ХАСИС: Везде, где хотят снизить цены, дерегулируют отношения в торговле. Посмотрите на западный опыт.

И.ЯРОВАЯ: Западный опыт сегодня свидетельствует о том, что они приняли письменную декларацию, где говорят о злоупотреблении торговых сетей – почитайте этот международный документ.

Т.НИЖЕГОРОДЦЕВ: На фармацевтическом рынке необходимо снижать барьеры входа на этот рынок, потому что там очень запутанная система регистрации препаратов, и зачастую создается искусственно монопольное положение. Что касается торговли, то необходимо убирать этот каркас правоотношений между поставщиком и сетью, который тащит цены вверх, потому что сеть в условиях своего исключительного положения требует с каждым годом все больше и больше выплат. И в этом смысле в законе о торговле необходимо предусмотреть соответствующие меры.

Г.БОВТ: Чем больше государство будет регулировать торговлю, тем больше будут расти цены. Это заблуждение. На самом деле, регулирование уместно только в одном – против монопольного доминирования на рынке – снизить с 35% до 15%, ниже – до 5% порог доминирования на рынке. Только в этой части. Все остальное – снятие административных барьеров, регулирование тарифов естественных монополий – мы об этом сегодня ни слова не сказали — и поощрение собственного производства, других путей нет. Только поощрение конкуренции и больше ничего.

М.ШЕВЧЕНКО: Вы знаете, сегодня многие из нас сказали то, что считали нужным по этой теме. Честно говоря, тема сложнейшая. Вот когда подходишь к этой теме, кажется очень просто: обвини торговца, обвини производителя, обвини кого угодно. Но когда начинаешь разбираться, как сегодня мы разбирались, то начинаешь понимать, что это очень сложный организм, в котором все части связаны друг с другом: что ущемишь торговлю – исчезнут продукты на рынках, ущемишь производителя, начнешь его душить – опять-таки будет плохо. Поэтому мне кажется, что для нас сегодня важно понять, что мы все находимся в одной лодке, мы все связаны. И в этом море мирового экономического кризиса, который бушует в мире и который бушует вокруг нашей страны, захлестывая своими волнами и нашу лодку, конечно, можно начать кого-то выталкивать локтями из этой лодки, облегчая себе жизнь, но, может быть, правильно и с учетом на будущее попытаться потесниться так, чтобы нам всем стало, может быть, в этой ситуации не слишком комфортно, но, по крайней мере, более надежно. Мы были с вами откровенны, мы не скрывали своих мыслей и чувств. Как это у нас получилось – судите сами.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar