Управляющий партнер Management Development Group Дмитрий Потапенко выступил с острой обвинительной речью, критикующей действия российских властей. Общий смысл выступления в том, что больше всего российскому бизнесу вредят не внешние силы, как это хотят представить чиновники, а наоборот,  внутренние враги, и эти враги — как раз сами чиновники.

Пятиминутное выступление Дмитрия Потапенко больше всего запомнилось перечислением четырех ударов, которые за последнее время были нанесены по российскому бизнесу в целом и по транспортной и торговой отрасли в частности.

1) Введение торгового эмбарго. Как полагает Дмитрий Потапенко, оно было введено для перераспределения рынка в пользу конкретных компаний, близких к властям.

2) Установление очень высоких ставок по банковским кредитам, которые сейчас де-факто стали заградительной мерой против развития бизнеса на заемные деньги.

3) Решение об уничтожении продуктов, которые по тем или иным причинам не смогли пройти таможенную очистку.

4) Введение т.н. "сбора Ротенберга". Эта мера привела уже к тройному сбору с автопредприятий — после акцизов на топливо и транспортного налога.

Оппоненты Дмитрия Потапенко приводили примеры конкретных случаев, когда западные компании расторгали контракты на поставку необходимого оборудования, вредя российскому бизнесу, а также указывали на недостатки швейцарской банковской системы. Кроме того, на заявление Дмитрия Потапенко о примерах незаконных проверок госорганами, было сказано, что российский бизнес зачастую использует схемы ухода от налогов, и поэтому дополнительные, пусть и незаконные проверки — это не избыточная, а наоборот, очень логичная мера.

В ходе дискуссии Дмитрий Потапенко эмоционально отметил, что при всех недостатках экономических систем в западных странах, тройных сборов с перевозчиков нигде не происходит, а также выразил разочарование опытом общения с российскими чиновниками, которые вместо декларируемой помощи лишь отделываются общими фразами. А реальным результатом их "поддержки" бизнеса стало почли двукратное увеличение чсила бизнесменов, которые лишились свободы из-за подозрений в экономических преступлениях.

 

ИД Retailer спросил у Дмитрия Потапенко, каковы были последствия его выступления.

— Я благодарен всем за поддержку. Такого шквала одобрения и поддержки не было никогда. Пришло более 4 тысяч сообщений, причем, негативных из них — от силы с пяток. Я тронут, рад, обескуражен.

— Есть ли надежда, что ваше выступление будет иметь какой—то практический смысл?

— Мое выступление поможет людям знать, что они не одни такие, и даст надежду, что они не сдохнут в одиночестве.

— Опасаетесь негативных последствий?

— Когда плеть по костям дерет уже в 26 раз — уже без разницы. Если бы было так, что если не выступаешь, то и неприятностей нет, тогда, наверное, и правда не надо было бы выступать. Но поскольку неприятности — перманентное состояние, можно и выступить.

***

Кроме Дмитрия Потапенко на Московском экономическом форуме с острой речью выступил и глава ЗАО "Совхоз им. Ленина" Павел Грудинин. Он раскритиковал многочисленные проверяющие структуры, которые готовы из-за малейших нарушений закрывать даже крупные предпрития, а то и просто вымогающие взятки. Кроме того, Павел Грудинин раскритиковал созданные чиновниками условия, при которых российский бизнес не заинтересован в покупке новой техники и развитии перерабатываюх предприятий. Призыв к правительству уйти, если оно не может выполнять свои функции, вызвали аплодисменты в зале.

 

***

Тысячи слов поддержки и одобрения — это не единственная реакция на выступления Дмитрия Потапенко и Павла Грудинина.

С критикой их позиции выступил, к примеру,  политический консультант Анатолий Вассерман, который присутствовал на форуме и лично слушал острые высказывания:

— Это вполне типичный случай, когда человек, очень тесно связанный с каким—то делом, высказывается исключительно в интересах этого дела, совершенно не принимая во внимание, в каких условиях оно существует, и как соотносится его частный фрагмент с работой механизма в целом. Это практически неизбежно, ведь чтобы уметь рассматривать положение дел в целом, а не только свой частный случай — надо специально учиться.

Ярче всего такие вещи проявляются в наши дни в выступлениях деловых людей именно потому, что в условиях децентрализованного планирования, которое мы обычно называем рыночной экономикой, человек в принципе обязан думать только о собственном деле, не соотнося его с общими интересами.

— Как вы прокомментируете конретные претензии Дмитрия Потапенко, к примеру, насчет тройного сбора с автоперевозчиков?

— Да, действительно сборы с перевозчиков сбираются в нескольких разных формах и по нескольким разным каналам. Примерно так же, как сейчас с каждого из нас собираются подоходный налог и сбор в пенсионный фонд. Это опять же совершенно неизбежно в условиях рыночно хозяйствования, когда каждый источник государственных расходов должен иметь собственные источники доходов, а сбор всех средств в едином центра и дальнейше централизованное перераспределение их считается недопустимым.

Это не ошибка нынешнего экономического блока правительства, это издержки той экономической теориии, которой мы руководствуемся последние 25 лет. Противовес этим проблемам — возвращение к единому централизованному планированию.

— А что насчет упреков в выгоде эмбарго для близких к властям бизнесменов?

— Я не сомневаюсь, что при любом ограничении деятельности кто-то выигрывает, а кто-то проигрывает. Я готов поверить, что бизнесы, связанные с каими-то чиновниками, выиграли больше просто потому, что они больше и подробнее знали об изменении в политике и могли заранее к ним приспособиться.

Но при этом я совершенно не сомневаюсь, что само по себе это эмбарго введено не по этим соображениям, есть более чем достаточно доводов в его пользу, известных всем специалистам, в том числе, и самому Дмитрию Потапенко.

— Есть ли экономический смысл в уничтожении продуктов?

— Уничтожение продуктов имеет экономический смысл, поэтому практикуется во всем мире с тех самых пор, как появились первые таможни. Дело в том, что единственный способ быстро пресечь контрабанду — это добиться, чтобы контрабандист не только не получал прибыли, но и терпел значительный убыток. Чтобы добиться этого, надо продавать на внутреннем рынке в доход государства те изъятые товары, по которым в стране существует заметный дефицит, и уничтожать те, по которым дефицит незначителен или вовсе отсуствует.

— А разве есть смысл уничтожать, к примеру, помидоры, которые мы потребляем гораздо больше, чем пока производим — то есть, налицо дефицит?

— Уничтожение необходимо и чтобы стимурировать наше собственное производство. Тот же Дмитрий Потапенко может и не занимается сам овощами, но его коллеги, занимающиеся этим видом производства, уже сказали спасибо за такие методы.

Да, действительно мы научились выращивать еще далеко не все. Но в советское время мы себя неплохо обеспечивали помидорами. А шутка про страну вечно зеленых помидоров — это не к нам, а про США. Именно там, чтобы удобно было собирать помидоры машинными методами, вырастили специальные сорта помидоров, которые убирали недозрелыми, а потом они постепенно и очень медленно дозревают в дороге.

Я же как уроженец Одессы, где не надо было возить помидоры далеко и хватало рабочих рук для их уборки, хорошо знаю, что помидоры мы выращивали в достаточных для всей страны количестве.

0 0 vote
Article Rating
Спец-2021.-В-контенте
Подписаться
Уведомлять о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments