Бизнесмен Кристофер Уинн за 10 лет превратил PJ Western в одного из крупнейших мастер-франчайзи американской сети ресторанов Papa John’s в мире. Об этом и многом другом Кристофер рассказал в интервью «Ведомостям». Мы приводим главные выдержки из беседы.

– В прошлом году открыли 90 ресторанов по всем нашим рынкам, включая Польшу, СНГ и Россию. Около 50 собственных и больше 40 – франчайзинговых. В этом году откроем более 80 ресторанов, из них 67 ресторанов в России и восемь в СНГ. Мы вкладываем в каждый ресторан от 6 млн до 13 млн руб. в зависимости от его типа.

– Наш бизнес уникален в том плане, что товар специфичен, он привязан к интернету. 80% наших продаж – через интернет. Это позволяет инвесторам использовать различные технологические ресурсы и развивать бизнес. Некоторые инвесторы смотрят на это как на стратегические вложения.

– Наша цель и привлекать новых франчайзи, и увеличивать число ресторанов текущих партнеров. Я уверен, что лучше выбирать хороших партнеров и медленнее развиваться, чем идти на сделки, которые могут оказаться не долгосрочными. Мы в том году, как я уже сказал, больше 40 франчайзинговых точек открыли – больше, чем когда-либо в прошлые годы.

– Мы принимаем различные меры, чтобы защищать себя и наш бренд: и юридические, и коммерческие, и чисто прагматические. Я сейчас не буду все моменты раскрывать, но российский закон достаточно хорошо защищает франчайзинг. Поэтому здесь мы особо не переживаем.

У нас есть команда, которая отвечает только за качество: два раза в месяц объезжает каждый ресторан в стране и проверяет его – начиная от температуры теста до маркировок на продуктах в холодильниках и распределения ингредиентов на пицце. Плюс к нашим собственным аудиторам мы также используем и тайных покупателей.

В Москве люди уже привыкли заказывать на дом: очень много агрегаторов, все рестораны занимаются доставкой, видят в этом дополнительный источник продаж и т. д. Поэтому рост продолжается в Москве, но самый бурный рост – именно в регионах в плане доставки.

– Пицца – яркий продукт, привязанный к психологическому пониманию «еда на дом».

– Для нас очень важно контролировать последнюю часть доставки нашего продукта до клиента. Если полностью перейти на агрегаторы, мы потеряем контакт с клиентом, а этот контакт очень важен. Именно то, как курьер общается и передает пиццу, я считаю ключевым моментом.

С появлением конкурентов и агрегаторов мы столкнулись с очень острой проблемой поиска новых водителей-курьеров. Их физически просто нет. И мы уже несколько раз поднимали их часовую оплату. Это еще одно препятствие для улучшения времени доставки.

– На самом деле мы первыми запустили программу на искусственном интеллекте, которая оценивает пиццу. Это были мы, еще до «Додо». Они очень хорошо рассказывают о своих успехах, но самый лучший комплимент – это когда твой конкурент копирует тебя. Мы благодарны нашим друзьям в «Додо» за то, что они часто делают нам комплименты.

Сейчас оплата по распознаванию лица доступна в 10 ресторанах, но мы планируем подключать к системе и остальные.

У нас не было случаев, когда от нас ушли к конкурентам, у нас была пара случаев, когда от конкурентов к нам обращались.

Мы придумываем три-четыре новые пиццы в год. Не все они попадают в меню: мы тестируем их – и, может быть, две-три попадают в меню.

Александр Овечкин – русский герой, я считаю, что он национальный герой: не только из-за того, как он играет на льду, но и как ведет себя, его образ жизни, семья. Он пример человека, который добился успеха путем вложения всего себя в дело: своей души, сердца – всего. (…) Для нас это идеальное партнерство, потому что мы тоже стараемся применять такую философию. И, конечно, узнаваемость увеличилась, особенно после первой рекламной кампании на телевидении, когда публика стала ассоциировать Александра с Papa John’s.

Раньше у нас было более 80% импорта. В один прекрасный день в августе, когда ввели санкции (я даже помню, где я в этот момент был), я подумал: «Хм, у нас остается запас сыра на три недели на складе». За эти три недели нам нужно было полностью перестроить наши поставки, и мы успели перейти на российских производителей. 12% теперь мы импортируем – из Турции, Египта и других стран, остальное – отечественное.

Сыр очень тяжело закупать в России из-за риска нестабильности сырьевой базы. Качество сыра напрямую зависит от качества молока. Молоко – сезонный продукт, летом продукт более высокого качества, чем зимой. Мы уделяем особое внимание качеству и вкусу продукта, взаимодействуем с поставщиком и постоянно проводим аудиты на производстве. Поток качественного молока в России улучшается, но за последние четыре года он нестабилен, можно так сказать.

Я предприниматель и купил этот бизнес, когда было всего четыре ресторана, сам строил его. Мы развивали IT-платформу, сайт, приложение. Мы строили свою supply chain, логистику, свои производства по России и Центральной Азии. В Америке это большой масштабный бизнес, когда франчайзи не надо волноваться о таких вещах. А мы отвечаем за полный цикл бизнеса, мы в чем-то зеркальный американскому бизнес. У нас своя IT-платформа, собственная логистика, производство, собственная программа лояльности. Мы сами все строили.

– Я считаю себя мировым бизнесменом, если можно так сказать. Россия – это часть мира – как Америка, Европа и т. д. Я всегда буду иметь частную жизнь в России. Я женат на русской женщине, я люблю нашу русскую семью, это часть моей жизни.

Вы можете прочитать интервью целиком пройдя по ссылке.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram, чтобы первым быть в курсе главных новостей ритейла.

Отправить ответ

Уведомлять о
avatar